Не могу сдержаться, судорожно выдыхаю через рот.
— Ну что? — Артем убирает руку от моего лица. — Достаточно? Или еще?
— Еще, — шепчу я так, что себя почти не слышу. Мне словно уши заложило. — Еще хочу.
— Тогда чего ты ждешь?
Артем чуть отклоняется назад и прикрывает глаза. Его руки мягко гладят мои бедра. И это до безумия приятно, в животе становится еще жарче, намного жарче, чем после коньяка. Я смелее вожу ладонями по гладким упругим мышцам пресса. Под моей рукой они заметно сокращаются, и мне это нравится. Кладу руку на грудь и слушаю, как колотится его сердце.
Быстро опускаю руку вниз, еще ниже, где еще не трогала. Обвожу пальцами пупок, заставляя Артема вздрогнуть, упираюсь ладонью в жесткие короткие волосы.
— Достаточно. — Артем отводит мою руку. — Хватит. Иначе… иначе уже ты мне будешь должна, Мира.
До меня начинает доходить, что он имеет в виду. Тело и так пылает, голова кружится… что я делаю? Но ведь это все так естественно было, так хорошо.
Пытаюсь слезть с колен Артема, но он не позволяет, сам аккуратно сажает рядом с собой.
Его левая рука на моем колене, бездумно провожу ладонью по ней.
— Это… это что? — Наклоняюсь ближе, чтобы рассмотреть. В глазах двоится. — Это… шрам такой?
Очерчиваю пальцем тонкую, длинную, светлую линию — от запястья почти до локтя.
— Н…никогда не видела у тебя.
Говорю, а сама себя почти не слышу.
— Артем…
Глаза закрываются, на меня что-то накатывает, я куда-то лечу, мне так плохо, что уже ничего не соображаю. Голова разрывается на тысячи осколков.
"
"Последнее, что чувствую, — это горячие руки на своем обнаженном теле…
Глава 47
— А-а-а…
Откуда-то доносится чей-то стон. Совсем близко, но мне сложно повернуть голову на этот звук. Я ее не чувствую, дикая боль не дает даже глаза открыть. Снова слышу стон, потом чьи-то шаги, и другой голос разрезает воздух:
— Проснулась?
— А-а-а.
Тело ломит, пошевелиться не могу, но у меня возникает странная мысль: это я стону. Я. Только себя не узнаю.
— Ну-ка, попробуй подняться, глаза открой.
Пытаюсь, но не очень получается. Улетаю куда-то, где нет никаких голосов и стонов.
Не знаю, сколько проходит времени, но я мгновенно просыпаюсь и щурюсь от дневного света. Голова раскалывается, безумно хочется пить, но хотя бы могу сесть.
Так, я на кровати, но не у себя в комнате, что-то знакомое, но не мое…
— Ты как? — раздается голос.
От неожиданности я взвизгиваю и оборачиваюсь. Одеяло падает с груди. Тут же становится так холодно, что обнимаю себя за плечи.
