Наконец-то, опускает взгляд на меня, и я хватаюсь за этот зрительный контакт, как за единственную связь между нами. Внимательно слушаю Надю, не перебивая. - Она тоже нас почувствовала, Назар. Тебя назвала папой, меня мамой…
- Надя, это совпадение, - рискую осторожно поспорить, и меня тут же окатывает волной негодования и обиды. Черт! Я с ней, как на действующем вулкане. - Я выясню, что с родителями Ангелины, подниму все документы, пообщаюсь с бабушкой, а после поделюсь с тобой информацией, хорошо? Скорее всего, какие-то проблемы в семье, поэтому девочка и тянется к посторонним людям.
- Мы родные, - настаивает Надя и упирается руками в мои плечи. - Отпусти. Нашу дочь увозят.
Пальцем указывает на отъезжающее такси, плачет без стеснения. Срывается в безмолвную истерику, когда кричишь душой, не издавая вслух ни звука.
Провожаю взглядом машину и надеюсь, что без главного «раздражителя» мне будет легче повлиять на жену и привести ее в чувство. Только почему опять давит за ребрами? Приступ усиливается, когда я заставляю себя произнести следующие слова:
- Милая, когда ты в последний раз навещала дочку? Давай на этих выходных вместе съездим на кладбище.
Мы каждую неделю бывали там, когда были женаты, а потом я ходил к ней один.
Психологи говорят, что Наде сложно принять смерть дочери, потому что она не видела тело. Отсутствие ребенка до сих пор воспринимает как временную разлуку, не в силах поверить в происшедшее. Я был убежден, что ограждаю жену от боли, занимаясь похоронами самостоятельно, но сделал только хуже.
Надя так и не смогла смириться. И в этом полностью моя вина.
- Нет, там не она, - взмахивает волосами, отворачивается от меня.
- Я был на похоронах, Надь. Вместе с Викой, - записываю сестру в свидетели. Если мне не верит, то хотя бы ее должна послушать. - У меня на руках результаты экспертизы, в том числе и тест ДНК. Я показывал тебе все бумаги.
- Ложь. Тебя обманули, - твердит, как в бреду. Мне так жаль, что хочется выть. Я бы забрал ее боль, соединив со своей и взяв на себя двойную дозу, но не знаю, как это сделать.
- Нас с тобой обманули, а ты даже не попробовал разобраться!
- Ты поэтому ушла? – сжимаю ее побитые колени. По-прежнему сижу у ног Надежды, готов всю жизнь так провести. - Потому что я тебе не верил?
Неопределенно качает головой, опускает ресницы, на миг закрывая глаза, а когда открывает их – на дне зрачков бушует ураган ненависти.
- Потому что ты не попытался мне поверить! Как и сейчас!
Жесткая фраза летит как пощечина.
