Бьет меня наотмашь вместе с хлестким порывом осеннего ветра, заставляет пошатнуться.
Я в ловушке! С одной стороны факты и здравый смысл, а с другой – вера моей любимой женщины. Однажды я сделал неправильный выбор и горько поплатился за это, поэтому сейчас… выбираю Надю.
- Хорошо, - четко произношу после паузы. – Пусть будет по-твоему. Прошло два года. Что ты хочешь, чтобы я сделал сейчас?
- Тест ДНК с Ангелиной, - выпаливает безапелляционно."
"Наверное, это лучший вариант. Тогда Надя точно убедится, что она не наша дочь, но…
- Это невозможно без разрешения законного представителя ребенка.
Если Евгения Климовна или кто-то из родни позволит… Только как мы объясним им, зачем?
- Господи, ты ни капли не изменился, - шумно выдыхает, пока я поднимаю руку и костяшками пальцев провожу по ее щеке, стирая слезы. – Забудь про ДНК, - подозрительно быстро сдается. – Выясни все о семье Ангелины, как ты обещал. Хочу знать, кто ее родители. Кто посмел… - всхлипнув, осекается и закусывает губу. Однако я и так догадываюсь, что она имеет в виду.
Обвинение красной нитью проходит через всю ее путаную речь.
Я не разделяю Надиного мнения, однако, стиснув зубы, соглашаюсь.
- Сделаю, - киваю незамедлительно, и теперь ее очередь подозревать меня.
Давно мы так легко не шли навстречу друг другу. Забыли, каково это – смотреть в одном направлении. Будем заново учиться.
- А еще… перепроверь те документы, которые тебе всучили два года назад, - тянет с мольбой. – Ты же можешь получить доступ к базе данных клиники. Узнай, кто еще рожал в тот день вместе со мной.
И если…
- Понял, - вновь ввергаю ее в шок своим согласием. – Думаю, я в состоянии выполнить твою просьбу. Что-то еще?
Долгий пронзительный взгляд ледяной лазурью проникает в самую душу. Надя размышляет, будто не решается озвучить свое предложение. Терпеливо жду приговора, молча и преданно.
Делает глубокий вдох, чтобы на выдохе обезоружить меня простой фразой:
- Мы с Назаркой готовы переехать к тебе.
- Ч-что? – заикаюсь на эмоциях.
В глубине души чувствую подвох, но нас радостях отгоняю от себя любые побочные мысли.
Отмахиваюсь от них, как от назойливых мух. Не важно, какие мотивы у Нади. Главное, что она и сын будут рядом со мной!
- Если, конечно, твое предложение все еще в силе, - заканчивает сиплым шепотом. Нервно заламывает пальцы, облизывает внезапно пересохшие губы и, наверное, жалеет о том, что переступила через свою гордость.
- В силе! Да, – активно киваю. – Разумеется! Можем собрать вещи прямо сегодня.
