Кирилл в этот момент взял меня за руку и пожал ее.
— Он не понимает своего счастья, — погладил меня по коже. — Я был бы рад дочери.
Наши взгляды встретились, и я покраснела, когда до меня дошел смысл его слов. Потупила глаза, не зная, куда бы их спрятать. Мне показалось, или это был намек?
— А вас с сестрой в семье двое? — спросила его, меняя тему разговора, вот только мой вопрос вместо того, чтобы вызвать у него улыбку, заставил нахмуриться и свести на переносице брови.
Кирилл промолчал, словно ударился в какие-то тяжелые воспоминания, а я прикусила язык, коря себя за этот вопрос, хотя логики в этом не было абсолютно, ведь знала я о нем довольно мало.
— Прости, я тебя чем-то обидела? — подалась вперед, чувствуя, что ступаю по тонкому льду.
— Было двое, — встряхнул парень головой и ответил с какой-то тоскуй.
— Прости, я не знала, — тут же поняла всё без слов и сглотнула, затем глянула в его глаза, надеясь на лучшее.
В этот момент его страдания отозвались внутри меня болью, я прикусила нижнюю губу и не знала, что сказать.
— Это была моя вина, — опустил он глаза и зажмурился.
Кулаки стиснул так сильно, что побелели костяшки пальцев, а я замерла, чувствуя потребность погладить его по плечу, но опасаясь гневной реакции.
— Что случилось? — спросила и с замиранием сердца коснулась мужской руки.
Не ожидала, что он ответит, всё же Соловьев был довольно закрытым парнем, когда дело касалось личного, но он меня удивил.
— Она была младше на пять лет, бегала за мной хвостиком, — выдохнул, голос был полон тоски.
— Я должен был смотреть за ней, как никак, старший брат.
Его губ коснулась усмешка, уголки опустились. Я молчала, не перебивая и не сбивая его с мысли.
— Знаешь, она в детстве раздражала меня, ведь я вынужден был брать ее везде с собой. Стыдно было перед пацанами на районе. Вернуть бы это время, — с тоской пробормотал и протер ладонями лицо: — В тот день она напросилась со мной на речку, и я не смог отвязаться. Если бы я только знал…
Он не договорил, многоточие повисло в воздухе, но у меня перехватило дыхание от догадки, промелькнувшей в голове.
— Она утонула, — произнес безжизненным тоном и уставился бездумным взглядом в стену. — Такая ирония, я ведь с детства плаванием занимался, вот мама и не поверила, что я не смог ее спасти.
Воцарилась тишина.
— Что на самом деле случилось? — нарушила молчание.
Я не ожидала, что он ответит, но он прикрыл глаза и откинулся на подушку, словно возвращаясь в прошлое.
