Внимательно отслеживающие каждый жест гостя глаза, гладко выбритые щеки, тонкогубый рот. Рукопожатие крепкое, достойное мужчины.
Одет хозяин дома был в легкий хлопчатобумажный джемпер оливкового цвета и черные вельветовые штаны. И странно: был в носках. Окунев тут же устыдился, что топает по коврам в грубых уличных ботинках.
– Ничего, ничего, Георгий Михайлович, – замахал на него хозяин дома, продолжая фальшиво улыбаться. – Я не босой, просто туфли под столом оставил. Старые мозоли, знаете ли… Присаживайтесь, пожалуйста.
Окунев скинул куртку, швырнул ее небрежно на одно из кресел – их он в кабинете насчитал целых пять штук. Сел на то, что стояло ближе к хозяйскому столу. Уставился на хозяина, разместившегося тут же.
– Итак, Георгий Михайлович, первым делом я хотел бы вас поблагодарить за то, что мою машину нашли. – Володин обнажил в широкой улыбке великолепные зубы.
– В этом нет моей заслуги, – улыбнулся Окунев в ответ.
Он уже пожалел, что сел в кресло.
Оно было глубоким, мягким.
Сидеть было чрезвычайно удобно, и это расслабляло, лишало деловой активности. А он сутки без сна.
– В этом нет моей заслуги, Игнат Иванович, – повторил он, подавляя зевок. – Дорожно-постовая служба обнаружила ваш автомобиль на пустыре. К слову, вылизан до блеска. Уничтожали следы преступления, заодно и прибрали. Такие вот вежливые и аккуратные преступники.
– Да-да, я слышал и с радостью поблагодарил бы тех, кто его нашел, но поскольку в настоящий момент вы являетесь представителем органов правопорядка, я через вас хотел бы передать благодарность тем, кто… – Наткнувшись на его скучающий взгляд, хозяин запнулся.
– Н-да, извините, разболтался некстати. Но все равно искренне рад тому, что автомобиль нашли. Стоит не один миллион, знаете ли.
Окунев знал.
– И страховка, как назло, закончилась, а продлить не успел: праздники.
И это Окунев знал.
– Не последние, конечно, деньги, но все равно обидно. Я в настоящий момент не то чтобы нуждаюсь, но… – Володин погрустнел, помолчал, пожевал губами и закончил безрадостно: – Но те времена, когда я не считал денег, давно прошли, н-да.
И об этом Окуневу было известно.
Банк, некогда процветающий, за последние годы неоднократно лишали лицензии. Кое-как Володин выплывал, судился с вкладчиками, выплачивал судебные издержки, балансировал на грани краха, но кривая снова выносила его на поверхность. Год назад Володин отошел от дел и назначил управляющим одного из своих родственников.
