Если Анна Камминз говорила правду, а он думал, что так и есть, тогда, напротив, есть повод порадоваться. Следствие значительно продвинулось. Теперь можно уверенно назвать время смерти – между 7.45, когда в «Чемберс» звонила миссис Бакли, и 8.15, когда Венис Олдридж не вышла к Вратам Судей в Деверо-Корт.
Кое-что из показаний миссис Камминз можно проверить. Перед отъездом Дэлглиш записал фамилию и адрес подруги, владевшей квартирой у вокзала Ватерлоо, а также фамилию соседа, однако Люк Камминз не мог доказать, что все время находился дома.
Никто из клиентов в этот вечер не приезжал. Существовал еще рыжеволосый мужчина, входивший в Темпл и выходивший из него, которого в тот вечер видела Анна Камминз. Если она опознает Костелло, Дэлглишу будет интересно выслушать его объяснения.
Одна вещь не давала покоя Дэлглишу: ни Люк Камминз, ни его жена не поинтересовались, как далеко полиция продвинулась в своем расследовании, и не проявили любопытства к предполагаемой личности убийцы. Может быть, они сознательно отстранялись от прошлых несчастий и теперешнего насилия – от всего, что угрожает их маленькому, уютному мирку? Или просто незачем спрашивать о том, что они и так знают?
Через час езды Дэлглиш припарковался на придорожной площадке и позвонил в следственный отдел.
Кейт не было, но с Пирсом он поговорил, и они обменялись новостями.
– Если миссис Камминз видела, как Костелло вошел в Темпл через ворота со стороны Деверо-Корт и через минуту вышел, это снимает с него подозрения, – сказал Пирс.
– У него не хватило бы времени даже дойти до номера 8 – не то что убить Олдридж. А если он убил ее раньше, то был бы дураком, если бы вернулся на место преступления. Вы, наверное, собираетесь привезти миссис Камминз в Лондон, сэр, для официального опознания?
– Не сейчас. Сначала я хочу поговорить с Костелло и увидеть Лэнгтона. Странно, он даже не упомянул, что присутствовал на репетиции. А что рассказали его помощники по хозяйству?
– Мы поговорили с ними, сэр, в антикварном магазине, которым они владеют.
Оба говорят, что в среду мистер Лэнгтон пришел позже обычного, но не помнят, насколько позже. Это утверждение – само по себе нелепость. Они готовят ему ужин, так что должны знать до минуты время его возвращения. Но он не укладывается в рамки подозреваемого, не правда ли?
– Действительно, не укладывается. Лэнгтона что-то волнует, но, думаю, это личное, и если есть у него грех на совести, то это не убийство Венис Олдридж.
