Несомненно, для этого требуется одинаковая сила воображения. Представить, каким образом камень может стать топором; представить, чем один мир отличается от другого, после чего перейти. Или, скажем, переходы связаны со способностью представлять альтернативное будущее в зависимости от собственного выбора – пойти сегодня охотиться или остаться в орешнике. Так или иначе, как только гуманоиды научились переходить, сообщество разделилось на опытных Путников, которые могли просто взять и уйти, и Путников более робких, а также особей, вообще не способных переходить, которые оставались дома и, вероятно, активно противились тем, у кого было несомненное преимущество.
– Домоседы, которые заложили основы человечества на Базовой Земле, – догадался Джошуа.
– Не исключено. Археологические исследования моего коллеги Нельсона, казалось бы, это подтверждают. Но я лишь строю догадки. Быть может, способность переходить развилась еще раньше, до появления человекообразных обезьян. Троллей следует называть скорее гуманоидами, нежели гоминидами, пока не будет завершено всестороннее изучение и выявлены эволюционные связи.
Салли спросила:
– Они объяснили, почему мигрируют?
– У меня есть одна идея… весьма приблизительная, пусть даже эльфо-самка отличается большими пантомимическими способностями. Вообразите себе давление в голове. Бурю в мозгу."
"Джошуа тоже чувствовал приближающийся шторм. Что-то давило на него по мере продвижения на запад, как будто впереди лежала Базовая Земля, населенная миллиардами душ.
Да, подумал Джошуа. Оттуда движется туча, гнетущая душу. Но что ее гонит?
Лобсанг молчал. Под воркование троллят он вновь погрузился в груду меха.
– А!.. Органы осязания…
И внезапно пропал. Передвижной модуль никуда не делся, но исчезло нечто тонкое, неуловимое.
Джошуа взглянул на Салли.
Она спросила:
– Ты тоже почувствовал? Мы правда больше чего-то не видим и не слышим? Что случилось? Лобсанг ведь не может умереть? Или… сломаться?
Джошуа не знал, что сказать.
Корабль тихонько работал, бесчисленные механизмы жужжали и пощелкивали, словно ничего не случилось. Но внутри ярко освещенного корпуса больше не было главного элемента. Лобсанга. Пропало нечто существенное. Примерно так Джошуа себя чувствовал, когда умерла сестра Регина. Она много лет лежала больная в постели, но любила общаться с детьми и знала всех по именам. Они выстраивались вереницей, чтобы повидать ее, хотя их пугали запах и пергаментная кожа.
