— Тогда тебе стоит согласиться на эту работу.
— Слушай, я хотел сказать тебе кое-что еще, — сказал он, даже сам удивляясь тому, что говорит, во что, черт возьми, он играет. Импульс был вызван желанием быть честным, как была честна она, перестать прятаться от нее. — Я… э… я связался с Пруденс. Ты знаешь — вторая незаконнорожденная Рокби.
— Правда? — сказала Люси, и, к его удивлению — он скрывал от нее зарождающиеся отношения из страха, что она почувствует ревность или что ее заменяют, — она улыбнулась сквозь слезы.
— Стик, это здорово!
— Неужели? — спросил он, опешив.
— Ну, конечно, да! — сказала она. — Как давно вы общаетесь?
— Не знаю. Несколько месяцев. Она навещала меня в больнице, когда я… ну, ты знаешь…
Он показал большим пальцем на легкое, пробитое загнанным в угол убийцей.
— Что она из себя представляет? — спросила Люси, которая выглядела любопытной и заинтересованной, но ничуть не обиженной.
— Милая, — сказал Страйк. — Я имею ввиду, что она не ты…
— Тебе не нужно этого говорить, — сказала Люси с дрожащим смехом.
— Я знаю, что мы пережили вместе, я знаю, что никто другой никогда этого не поймет. Знаешь, Джоан всегда хотела, чтобы ты помирился с Рокби.
— Пруденс — это не Рокби, — сказал Страйк.
— Я знаю, — сказала Люси, — но все равно хорошо, что ты с ней встречаешься. Джоан была бы счастлива.
— Я не думал, что ты так воспримешь это.
— Почему бы и нет? Я вижусь с другими детьми моего отца.
— Да?..
— Конечно! Я не хотела об этом говорить, потому что…
— Ты думала, что мне будет больно?
— Наверное, потому, что я чувствовала себя виноватой, что у меня есть отношения с отцом и сводными братьями и сестрами, а у тебя их нет, — сказала Люси.
После небольшой паузы она сказала:
— Я видела Шарлотту в газете, с ее новым парнем.
— Да, — сказал Страйк, — ну, ей нравится определенный образ жизни. Это всегда было проблемой — я был на мели.
— Ты же не хочешь..?
— Господи, нет, — сказал Страйк.
— Это мертво и похоронено.
— Я рада, — сказала Люси. — Я очень рада. Ты заслуживаешь гораздо лучшего. Ты останешься на обед, не так ли?
Учитывая утренние откровения, Страйк посчитал, что у него нет другого выхода, кроме как согласиться.
Глава 12
Низшее кажется таким безобидным и привлекательным, что человек радуется ему; оно выглядит таким маленьким и слабым, что он воображает, будто может возиться с ним и не получить вреда.
