Неожиданно, в той стороне, где располагались конюшни, послышались крики, собачий лай и рев разъяренных барсов. В саду замелькали факелы. Отпущенные с поводков сторожевые псы с лаем продирались к месту похищения. Следом за ними с треском и руганью ломились бойцы тайной стражи.
– Вот они! – раздался радостный крик, тут же сменившийся предсмертным хрипом. Один из преследователей выбежал из кустов и необдуманно подошел к Ал-Тору на расстояние удара мечом. Старый зверовод присел над упавшим человеком.
– Зачем ты это сделал, Барн.
Ты же всегда мечтал занять мое место. Я хотел уйти вместе с ними. Все осталось бы тебе. Зачем? – тихо спросил старик.
– Решил поторопить события. Я подозревал, что ты что-то затеваешь, и вызвал тайных. Но видать, мне не судьба стать главным звероводом. У твоего приятеля очень быстрый меч. Знаешь, я только сейчас понял, что я первый предатель за всю историю гвардии, – прохрипел раненый. Голова его откинулась набок, а изо рта потекла кровь. Ал-Тор тронул старика за плечо.
– Нужно уходить. Они уже рядом.
– Да. Уходи, я задержу их, – ответил старик и обнажил меч.
– Не надо. Ты успеешь подняться, – ответил Ал-Тор, но старик отрицательно мотнул головой.
– Я не для того помогал твоей матери бежать, чтобы позволить тебе погибнуть в этом проклятом саду. Уходи. Это моя драка. Уходи, сынок. Когда-то капитан стоял один против десятка, спасая мою шкуру. Теперь пришла пора вернуть этот долг, – ответил зверовод и, сжав руку юноши, исчез в кустах.
Тут же послышался звон стали и стоны раненых. Наука капитана не пропала даром.
Ал-Тор выругался и кошкой взлетел по канату на стену. Быстро выбрав веревку, он перебросил ее на улицу и соскользнул вниз. Все уже сидели в седлах. Топ-Гар успел даже убрать механизм кузнеца. Разман очень просил не бросать его в городе. Юноша запрыгнул в седло, и кавалькада понеслась к городским воротам.
* * *Похитители успели выбраться из города, а ветераны заблокировать ворота арбой и клиньями, когда на площади появился отряд верховых.
Уперевшись в брошенную между ворот арбу, отряд спешился, и солдаты принялись рубить ее мечами. Командир отряда быстро поднялся на стену. Взяв тяжелый арбалет, он взвел тетиву, наложил болт и прицелился.
– Ваше сиятельство, их же не видно, – пролепетал молодой лейтенант."
"– Проверю, не разучился ли стрелять на слух, – ответил стрелок, спуская тетиву. – Что с воротами? – спросил он, отбрасывая арбалет.
– Почти открыли.
