А Марина на замолчавший телефон посмотрела и зачем-то позвала, словно Стеклов услышать мог:
— Папа…
— Посидим на дорожку, — предложила Тамара и плюхнулась на ближний тюк с одеждой. Марина хотела её поднять, припомнив, что именно в этом тюке её осеннее пальто, но потом мысленно рукой махнула. Сил не было с Томой спорить. За последние два дня совершенно выдохлась, вещи собирала, и теперь квартира превратилась в зал ожидания, со всеми этими сумками, коробками, какими-то мешками с одеждой.
Глядя сейчас на их количество, только удивляться приходится, как в такой маленькой квартирке столько всего прятать удавалось. Ничего нигде не валялось ведь, всё было рассовано по шкафам, ящикам, щелям всяким, а сейчас всё пространство прихожей и детской комнаты занято, даже пройти негде. Одних игрушек огромный мешок. К тому же, отыскались ещё Тошкины игрушки, некоторым лет десять было, а он их увидел, и выбрасывать запретил.
— Мама, ты что! Это же робот мой! Мы его в Москве покупали! Как его выкинуть?
— Я очень рада за твоего робота, что ты его нашёл.
Он под кроватью, наверняка, скучал.
Антон что-то с игрушкой делал, руки-ноги ему ловко посгибал и теперь с интересом разглядывал, а сам поинтересовался:
— А у деда дом большой?
— Ну откуда же я знаю? Я там не была. Но, я думаю, что явно не меньше нашей квартиры.
— Он говорил, что у него в Москве квартира в шесть комнат.
Марина нахмурилась.
— Да?
Антон посмотрел на неё и кивнул.
— И он там один живёт, представляешь?
— Почему вы все спрашиваете: представляешь? Ничего я не представляю.
— Вот и я не представляю.
Марина полупустой кухонный шкаф оглядела, затем на сына оглянулась через плечо. И поторопила его:"
"— Антош, прекращай играться, некогда. Лучше диски свои сложи вон в ту коробку. И не кидай просто так, перевяжи чем-нибудь!
— Ладно, — без энтузиазма отозвался он, с кухни вышел, а Марина взглядом его проводила. Нельзя сказать, что дети с большим восторгом восприняли новость о том, что им придётся переехать.
Если Элька просто разнюнилась и заявила, что будет жить дома, то для Антона пришлось придумывать правдоподобное объяснение. Марине не достало смелости сказать ему правду, что отец решил квартиру продать. Преподнесла всё как нормальное продолжение развода, сказала, что лучше разъехаться, так всем будет проще, и вообще — они теперь с дедушкой жить будут.
