Больше всего его поразило то, что хватились Светлану только дня через четыре, никто даже внимания не обратил на то, что одна из отдыхающих не ходит в столовую и не ночует у себя в номере. Удивительное равнодушие к окружающим! Ни соседка по комнате, ни сотрапезники по столу не сочли нужным побеспокоиться о пропавшей женщине. А ведь, как знать, хватились бы ее сразу – может быть, можно было ее спасти. Следователь тогда сказал ему, что Светлана умерла не сразу, ее не убили, а только тяжело ранили. Если бы ее сразу кинулись искать…
Страх перед необъяснимым отсутствием стал в нем с тех пор постоянным.
Он нервничал, когда задерживался уехавший по поручениям Андрей. И сейчас, когда Марина вовремя не появилась, он тоже испугался.
Соловьев сообразил, что телефона Марины у него нет. В фирму, где она работала, всегда звонил Андрей, а после того, как их знакомство стало более близким, Марина сама звонила раз по пять в день. Но Андрей, это Соловьев помнил точно, однажды звонил в «Электротех» около десяти вечера, чтобы перенести визит Марины на другое время.
Значит, там есть круглосуточный диспетчер. Владимир Александрович быстро набрал номер телефона Игоря. Может быть, Андрей сейчас там и скажет, по какому телефону звонить.
– Он уже уехал, – сообщил сын не вполне трезвым голосом.
– Давно?
– Минут пятнадцать назад. Спасибо за справку.
– На здоровье, – буркнул Соловьев. – Не потеряй.
Значит, Андрей появится еще не скоро. После визита к Игорю он должен был заехать к себе домой за летними вещами. Синоптики обещали в ближайшие дни около двадцати градусов.
Ну что ж, в конце концов есть справочная.
Но в справочной ему ответили, что телефон фирмы «Электротех» у них не значится. Это было странным и в свете сегодняшнего происшествия с сейфом особенно неприятным. Хотя никакой связи между этими двумя событиями Соловьев не видел, тревога снова проснулась и отчаянно заколотила кулачками в дверь его сознания. Плевать на приличия, подумал он, пусть Анастасия считает его тряпкой и слабаком, он все равно ей позвонит.
– Она еще не пришла, – спокойно сказал ему вежливый голос ее мужа. – Ей что-нибудь передать?
– Передайте, пожалуйста, что я прошу ее позвонить. Моя фамилия Соловьев. Это очень важно и очень срочно.
– Хорошо, я передам.
В его голосе Соловьеву почудилась насмешка. Он представил себе, как благополучный немолодой заслуженный профессор и почетный академик сидит в глубоком мягком кресле и смеется над ним, неудачливым, отвергнутым, более молодым и красивым влюбленным.
