— Ой!!!
А заодно нечаянно столкнулся с горничной, которая как раз ставила флакончик бадяги на свое законное место. Ну как, столкнулся?.. Нос и правая щека у него абсолютно не болели, да и грудь Наташи совсем не выглядела пострадавшей (как и она сама в целом). Но шишка все же выросла. У князя. Непринужденно забросив ногу на ногу, Александр с большим интересом взглянул на порозовевшую девицу, закрывшую ко всему прочему, свои красивые глаза. Очень, надо сказать, знакомый прием!..
""Какая настойчивая девушка. Ну что же, видимо это судьба.
Или нет?""
— Присядь, нам надо поговорить.
Исполнительная горничная немедленно выполнила хозяйское распоряжение. Ошибившись только в одной незначительной детали — она уселась не куда-нибудь, а на колени молодого князя, слегка придавив своим твердокаменным бедром одно, очень даже чувствительное место. Глаза она, кстати, так и не открыла, разве что румянец стал немного погуще.
— Кхм. Наташа… Я никогда не сплю с теми, кто на меня работает.
Явственное огорчение на хорошеньком личике девушки, в полной мере охарактеризовало ее отношение к такому положению дел.
— Так что у тебя есть два пути. Взять полный расчет у экономки, и стать моей содержанкой, или же все останется по прежне…
Договорить у Александра не получилось, его заткнули. Самым грубым, и в то же время нежным образом — сладкими, словно зрелая малина, губами и теплой ладошкой на его затылке. Потом ей же провели по недавно пострадавшей щеке и перевели на шею. Вдобавок ко всему, и собственные руки князя словно бы обрели полную самостоятельность, обхватывая талию Наталии, и расстегивая многочисленные крючки платья… Вернее, помогая хозяйке платья их расстегивать.
""Судьба"".
Глава 12"
"Несмотря на вполне себе мирную специальность инженера, Карл Фридрих Михаэль Бенц имел в своем характере немало авантюрных черт. Почему? Да потому, что только такой человек мог резко бросить налаженный быт и кое-какой бизнес — только лишь для того, чтобы приехать в заснеженную восточную империю. И всего лишь по приглашению своего давнего приятеля (и ученика) Бориса Григорьевича Луцкого.
Правда надо сказать, что снега он так и не увидел (но только лишь по причине летних дней), зато хмурой балтийской погодой и довольно-таки мерзким дождиком насладился сполна. И русским гостеприимством — выделенный ему ""гостевой домик"" более чем вдвое превышал по комфорту и своим размерам родное жилище изобретательного немца.
— Всё, герр Бенц, теперь мы можем спокойно идти.
