Прихватил с собой жалкие остатки сыра, вкус которого ему ну никак не получалось разобрать, и тяжелым, и в то же время неслышным шагом удалился в темноту ночного дома. А сам хозяин еще раз навестил парилку, немного поплавал в бассейне, и блаженно пофыркивая, растекся телом по лавке-лежанке, даже и не собираясь никуда идти — ему и здесь неплохо поспится. Закрыв глаза, и поудобнее устроив недовольную очередным синяком руку, Александр опять вернулся мыслями к Круппу — вернее, тому подарку, который он собирался сделать Пушечному королю всея Европы.
Бойтесь данайцев, дары приносящих!
""Перевербовать бы Генриха!.. Но что-то сомневаюсь, что получится — поймать практически не на чем, предложить тоже нечего… Кроме денег. Еще можно ""выдоить"" досуха на предмет информации о Круппе, и скромно похоронить. Возможно?.. Нет, тоже не вариант. Ну что же, значит — свалится скоро на старину Фридриха нежданный дар судьбы. Такой, что и проигнорировать невмоготу, и забыть не получится — а значит, что он обязательно в него вляпается, по самую что ни на есть маковку… Вляпается, и потеряет больше, чем приобретет!"".
Легкую полудрему, имеющую все шансы развиться в полноценный здоровый сон, прогнали прочь легкие и почти неслышимые шаги. И очень знакомые — принесшие с собой не только запах цветущей ромашки, но и едва заметное касание к руке:
— Александр Яковлевич, опять синец себе посадили?
Тонко звякнула стеклянная крышка на флаконе с бадягой, прошуршало платье, и в бок Александру уперлось что-то упруго-округлое, безошибочно определенное организмом как женское бедро.
Приятная прохлада примочки притушила боль от синяка, затем ловкие пальцы забегали по спине, надавливая, сжимая и поглаживая. Время от времени спины касались и два полушария, не менее упругих, нежели бедро — Наталья очень ответственно подходила к порученному делу, прикладывая всю возможную старательность. Работодатель, разумеется, не возражал.
— Ох!
Вот только слабые ручки милой и женственной горничной иногда забывались, и начинали массировать с силой, более приличествующей какому-нибудь кожемяке.
Слава богу, такие моменты все же были достаточно редки — в основном, они нежно и бережно порхали, доставляя немалое удовольствие. К сожалению, недолгое — а как бы хотелось полежать под такими ручками часика два-три!..
— Спасибо, Наташа.
Массажистка тут же встала, а вместе с ней поползла вниз и предательница-простыня — заставляя князя очень резво выйти из состояния полной расслабленности. Простыню-то он поймал.
