Надо бы подполковнику материальчика интересного подкинуть, нехай порадуется.
Письмо от Греве он даже читать не стал – отложил «на потом». Полтора десятка коммерческих предложений просмотрел бегло и выкинул (потому что полная папка таких же от Валентина Ивановича досталась), а вот отложенная напоследок записка от Софьи откровенно порадовала.
«Черт, был же в Ченстохове, мог зайти… или не мог? Только-только с дороги, второпях… Нет, лучше завтра навещу».
Едва он хотел нырнуть в ванну, появился сияющий Григорий.
– С возвращением, командир. Ух!
– Ну будет, будет тебе… Ты прямо не месяц, а год целый меня не видел. Рассказывай, что новенького случилось, пока меня не было?"
"– Да как всегда. Скушно только, и несуны осмелели чуток. Я вот что хотел тебе поведать, Александр Яковлевич. Кажись, знаю я, кто в нашем взводе доглядчик-то будет!
– Смотрю, ты времени не терял. Ну, давай удивляй!
Глава 33
В этот раз поручик князь Агренев в распределении очередных новобранцев поучаствовал лично: в результате второму взводу достались рослые, крепкие, по-деревенски выносливые парни.
Правда, половина из них не могла похвастаться особенной грамотностью, но это уже мелочи. Зато с дисциплиной и старательностью никаких проблем – старший и младший унтера прямо нарадоваться не могли. Спустя всего месяц радовались уже все – и «старики», и молодые солдаты. В то время как они в тридцатый-сороковой раз отрабатывали на полигоне практическую стрельбу или на местности – новую тактику, первый и третий взвод (в неполном составе, правда) нарезали круги вокруг заставы.
А когда марш-бросок совершал второй взвод, их коллеги наперегонки спешили закопать очередной мешок мусора, дабы решить путем честного соревнования, какой же из взводов теперь будет именоваться «лосями», а какой – «кротами». Доходило до того, что мусор стал натуральным дефицитом, и унтерам приходилось проявлять смекалку. Конечно, пару раз устроили торжественные «похороны» мешка и второму взводу, но только с ознакомительной целью – чтобы не чувствовали себя обделенными.
Александр как раз возвращался с личной тренировки, когда невдалеке от него с шумом пронеслось очередное стадо солдат, бодро и радостно транспортирующих очередное же бревно на заставу. Бодро – потому что уже привыкли, радостно – потому как наступало время обеда. Из-за их слитного топота поручик не сразу услышал, что к нему подходит сослуживец, но буквально кожей ощутил, что за спиной кто-то есть, и резко развернулся.
