Я даже слышала, как служанки шушукаются: «Да он ее прячет, замарашку! Непонятно, зачем вообще женился!»
Впрочем, для экскурсии это было совершенно неважно.
Я уже успела показать холл, мрачный, заброшенный, пахнущий запустением. Еще и зверюга за дверью гостинной упоенно скреблась и вдохновенно выла. На все вопросы я скромно отвечала, что это всего лишь пес, который боится чужих. Мне явно не верили, потому что скреблась зверюга на высоте, превышающей человеческий рост. Да и испуганной ее вряд ли можно было назвать.
Ничего. В моем деле чем больше тайн — тем лучше. И я даже не врала! Потом можно будет привлечь зверюгу к представлению, но не раньше, чем я удостоверюсь в ее послушании и дружелюбии."
"Краем глаза я наблюдала за реакцией горожан на мою экскурсию: они вертели головами, шушукались и явно старались осмотреть дом во всех деталях. Никто не спешил обзывать меня обманщицей и требовать деньги обратно — отлично.
Как я и рассчитывала, главное в моем деле — хорошая история, а остальное дом сделает сам.
— Именно в этом зале, — проговорила я, — все началось. Во время бала. Вообразите себе! Зал наполнен светом, ряды пар кружатся под музыку настоящего струнного оркестра, но красивее всех, конечно… лорд и леди Амбер.
Я врала напропалую. С другой стороны, все именно так и могло происходить. Кто бы доказал обратное? Свидетелей ведь не осталось. Только Марк, пока я готовилась, ворчал себе под нос, что «да какие танцы для леди Амбер, ишь, выдумала». Ничего большего я не добилась от него, к сожалению, так что пришлось выдумывать.
— Ну и как они выглядели? — спросил чей-то въедливый голос.
Пробежавшись взглядом по толпе, я увидела невысокого мужичка с усами, который на входе уже возмущался по поводу того, что «один медяк за полоску хлеба и сироп? грабеж!»
Ну… не покупал бы.
— Какое тебе дело? — напустилась на него какая-то женщина. — Дай послушать!
Толпа загудела, и я поспешила вмешаться.
— Вообще-то… я могу ответить на этот вопрос. Вы уверены, что хотите узнать? Ответ может… не до конца вам понравиться.
В ответ я услышала одобрительный гул.
Сердце от испуга колотилось так сильно, что мне казалось — все обязаны его слышать. Колени от противной слабости подгибались, голова кружилась, но я заставляла себя стоять прямо.
Хорошо хоть что Марк унес Кори в сад гулять, мне так было спокойнее. Малыш обожал там бывать, и, кажется, готов был часами таращиться на заросли плюща, разросшуюся живую изгородь и старые статуи.
