— А? Ты что-то говорила?
— Эмма, ну давай погадаем на женихов!
И Дженни произносит слова древнего заклинания, начертанные на зеркале. А потом, не дождавшись результата, засыпает. Я же, так и не успокоившись на свою беду, встаю, беру зеркало в руки… и вижу то, что видела.
Воина в темном зале, освещенном лишь отблесками пламени.
Танец стали, завороживший меня и заставивший забыть обо всем на свете.
О моих невыплаканных слезах, о моих невымечтанных мечтах. О том, что я — неправильная, испорченная, бракованная при рождении.
О том, что сестра уезжает утром, и я останусь одна.
И о том, что из-за моей проклятой магии нельзя даже мечтать о том, что у меня когда-нибудь будет жених. И значит, скорее всего, зеркало просто-напросто перепутало нас с Дженни и показало человека, предназначенного судьбой для моей сестры. А она слишком рано заснула и не успела увидеть, как подействует заклинание, которое произнесла.
Я ведь никогда не завидовала сестре — разве что самую малость, по-доброму. Никогда не ссорилась с ней из-за игрушек.
Не ревновала родителей, когда они обнимали и целовали ее, держали на коленях, когда отец учил ее плавать, а мама — вышивать.
Но вот сейчас мне вдруг впервые в жизни стало по-настоящему больно. До той кровоточащей, тянущей под сердцем боли, которая заставляет сжиматься в комок и хотеть словно раненому зверю, спрятаться в нору подальше ото всех и зализывать раны.
Дженни мирно спит, разметав по подушке длинные локоны. Ночь умиротворенно плывет над погруженным в дремоту Замком ледяной розы.
Зеркало тускло поблескивает на столе — там, где оно выпало из моих ослабевших рук.
А я стою посреди комнаты, прижав руки к груди, и представляю. Со своей буйной фантазией, взращенной годами затворничества в Замке, очень живо представляю их рядом — мою сестру и этого незнакомого мужчину. Он непременно влюбится в Дженни — как и все они, ведь в нее невозможно не влюбиться. Как наяву вижу ее счастливое лицо и сияющие глаза. Она ведь так хотела сказки… наверное, небо услышало ее мольбы и сказка начинает сбываться.
В этой сказке, как и положено, есть тетушка-фея и волшебное зеркало, указывающее путь к мечте.
Мечте, которая не моя.
Наверное, слишком много всего навалилось в тот день. Из-за этого так вышло, что я совершила первый в жизни по-настоящему эгоистический поступок.
Наутро я промолчала. Ничего не сказала сестре. Оправдывала себя тем, что если этот воин в Зазеркалье — судьба Дженни, они и так встретятся.
