Цаплей он больше не становился, зато в ход снова пошел меч, что был заботливо прислонен к соседнему дереву.
Молниеносные, резкие, едва заметные глазу движения — и с тихим свистом многострадальное дерево лишалось то веточки, то листка… я подумала — хорошо хоть благоразумные птицы давно с него убрались.
— А ты чего, собственно… приходила? Учти, у меня еще час минимум… по плану, — спросил он между делом, не глядя на меня и как-то по-хитрому поворачивая меч в правой руке, делая круговые движения запястьем.
— Ну… — я поерзала на бревне и бросила на Морвина косой взгляд.
— Я подумала, что тоже хочу узнать тебя получше.
— А вообще-то… могу и раньше закончить! — с энтузиазмом ответил огненный маг и меч как-то подозрительно быстро отправился обратно в ножны.
Тяжело дыша, Морвин уселся рядом, бесцеремонно сдвинув меня к краю и прижимаясь плечом, хотя места на бревне было еще предостаточно. Попутно самым наглым образом обследовав глазами содержимое моего декольте, в результате чего я поняла, что, собственно, все мои старания были напрасны, и на свидания с ним я могу надевать что угодно с равным результатом.
— Ваша мода не безнадежна! — вынес вердикт нахал, а потом быстрее, чем я придумала, как возмутиться, подтянул все же взгляд выше и перехватил мой. — Итак? Какие будут мысли — как именно за оставшиеся пару часов ты собираешься узнавать меня получше?
— Ты неисправим! — констатировала я. — Просто расскажи что-нибудь!"
"— Скучная ты. И что же тебе рассказать? — вздохнул опечаленный маг.
— Что угодно! Я почти ничего не знаю ни о тебе, ни о твоем мире.
Ну… расскажи, например… о своем мече! Мой отец может часами рассказывать о любимом оружии. Наверняка тебе тоже есть, что порассказать.
— Ничего особенного, — пожал плечами Морвин. — Правда, уверен, что любое оружие твоего папочки сломается о мой меч, как деревяшка. Как-никак, сталь, закаленная в священном огне Храма Великого Пламени! Ковал его сам, соединял разные сорта стали — более прочные и более вязкие. Брусок после ковки разрезается поперек, снова куется в горне, и снова разрезается.
И так слой за слоем, триста раз. В результате узор на клинке неповторим и прихотлив, как рисунок на пальце человека.
— Как сложно. И красиво.
— Не вздумай трогать без меня — порежешься. Что еще тебе интересно?
Я задумалась.
— Ты рассказывал, что учился в Храме. Вас там учили управлять огненным даром?
— В том числе.
— А как ты стал Верховным магом огня?
— После смерти моего учителя, Рагнора Красноглазого.
