А кошка огрызалась и скребла меня изнутри огненными когтями желания, вырывая и отбрасывая куски уверенности и наполняя дрожью ноги.
Слабо отпихивая приора, упираясь руками в плечи, я одновременно втиснулась бедрами и застонала от наслаждения.
— Нет! — взвыла я, оторвав губы. А сама потиралась о восхитительную, бесконечно приятную выпуклость внизу.
— Котенок боится? — жарко прошептал Итан, не делая попыток притянуть мою голову обратно, но сжимая руками крепко ее с двух сторон, глядя в глаза. А его бедра продолжали выписывать совершенно восхитительные восьмерки и круги.
— Дда! Нет! Не надо, оо, — прошептала я. И застонала, пропев ему звуки о своих ощущениях прямо в ловящий мое дыхание мужской рот.
— Вот так, хорошо, — удоволетворенно хмыкнул он, резко отодвинувшись и оставляя меня пустой.
Погладил успокаивающе по плечу, щеке, коснулся пальцем мягкости припухшей от поцелуев губы.
Я сжалась и стояла, дрожа: кусая губы: желая одновременно и убежать и броситься ему на шею.
Нет. Нет!
Каждая частичка моего тела чувствовала мужской взгляд, скользящий по моему лицу и моему телу.
Вдруг меня схватили и быстро поцеловав в губы, почти оттолкнули обратно.
— Сейчас не вовремя, ты не готова. Но мы обязательно продолжим. Это вместо «до завтра», — сказал Итан. Он стоял, широко расставив ноги, крупный, уверенный и удивительно сдержанный для только что произошедшей сцены. Только его внушительная эрекция убеждала меня в том, что произошедшее мне не привиделось.
Я промолчала, слыша только шум в ушах и чувствуя, как гулко бьется во мне сердце. И он вышел.
Посидев минут десять в прострации, я, наконец, справилась с мечущимися мыслями, уговорив себя не переживать на пустом месте. В конце концов, когда-то я с ним целовалась, и ничего страшного не произошло. Забыли и все. Так и сейчас забудем. Утром я буду тверда как кремень. Как его… оо.
Внезапно мой взгляд выцепил незнакомый, искрящийся предмет, лежащий на полу. В порыве эмоций с шарфа Итана мы сорвали зажимную заколку-артефакт.
И если он за ней вернется, да еще в ночь, это будет совершенно невозможная ситуация.
Я схватила заколку и резко распахнула дверь. Постучу в номер, отдам и убегу. Чем не прекрасный план?
Но план так и остался планом. Я не смогла и шагу сделать из комнаты.
Потому что в полутемном чердачном коридоре, на крошечном подоконнике, метрах в четырех от моей двери, сливались в быстром природном танце юноша и девушка.
