Надев защиту, Дудль на секунду расслабился, теперь он мог безболезненно находиться и, конечно, вести при этом следствие, хоть в эпицентре ритуального взрыва. На голову маг привычным движением водрузил служебную шляпу. Звук был необычным и фиксировать его, возможно, придется официально.
По дальнейшей экипировке он не заморачивался, поэтому, подтянув любимые красные атласные трусы с вышитыми крошечными шестеренками на промежности, намекающими, что у владельца все работает как машина, вдел ноги в тапки и отправился искать источник шума.
Двери открывались касанием перчатки главы полиции Лоусона.
На следственном этаже при входе в отсек находился дежурный полицейский. При виде Дудля он вытянулся во фрунт и подтвердил наличие странного звука. Откуда-то снизу, с этажа артефактов.
— Опять какую-то хрень непроверенную приволокли, — рассердился маг на нерадивых сотрудников. Но, когда очередной «Бом» качнул стены, заспешил и вниз уже почти бежал.
Мало ли…В деле, касающемся магии и магических предметов, лучше перебдеть.
К его удивлению, спускаться пришлось на самый нижний, пятый подвальный этаж.
Именно оттуда донесся гул, от которого со стен полицейского управления уже слетала штукатурка.
Замки пятого этажа открывались с кряхтением. Их касались всего раз в год, при обязательной инвентаризации. И сейчас Дудль начал подумывать, не пропустили ли последних эдак инвентаризаций десять, судя по заброшенному состоянию механизмов.
Наконец, дверь в хранилище открылось.
Перед следователем предстала просторная комната с низким потолком и стеллажами вдоль стен. И коробки, коробки, коробки. Каждая аккуратно подписанная. По середине комнаты стояли огромные песочные часы, темно-зеленое старое стекло, держатели, перевитые и заклепанные металлами разных цветов, общий размер артефакта — сильно выше мага. Часы Последнего Времени.
Кто их сюда приволок и как протиснул в узкую дверь, для Дудля всегда было загадкой.
Возможно часы и не приносили, а построили участок ВОКРУГ них.
Предание гласило, что они отсчитывают время до конца существования мира, замеряя нарастающую предельную концентрацию магической энергии.
И Дудль был уверен, что это всего лишь красивая байка, пока на его глазах от перемычки не сорвалась крошечная песчинка и не полетела плавно на дно.
— Бом! — прозвучало при касании песчинки тусклого стеклянного дна.
И вокруг дрогнули стены…"
