А ещё всё время курит, «дымит, как чёртова труба», – так тоже дедушка сказал. Но Айви славная. Мне она нравится. Она приехала с подарками для всех и снова и снова повторяла, какие мы добрые, что присматриваем за Барри ради неё. Сегодня весь ужин она рассказывала нам историю за историей, про «Лондонский блиц», то есть бомбёжку, про сирены воздушной тревоги, как все бегут в укрытия и ночуют на станциях метро. Она говорит с городским акцентом, как и Барри, только гораздо громче и гораздо больше. Айви очень гордится своим большим красным лондонским автобусом.
– Я так вам скажу. Ничегошеньки не остановит мой семьдесят шестой, уж он-то доедет куда надо, – заявила она сегодня вечером. – Ну и что, что дороги все в ямах, мосты косые, дома порушились. Да пусть их бросают все взрывалки клятые, куда захочут. Помешают они моему автобусу попасть, куда ему до чёртиков надо? Это уж, клясть их, навряд ли, так я вам скажу.
Барри иногда пытается её утихомирить, но ничего не получается. В конце концов он просто уходит, а она продолжает болтать.
Теперь он проводит даже больше времени на ферме вместе с дедушкой и дядей Джорджем. Его мама всё говорит прямо: ей ни вот на столечко не нравится деревня и особенно фермы. «Такой запах, такая грязь. Эти все коровы. И все эти птицы клятые по утрам поспать не дадут». Вчера они с мамой мыли в раковине посуду после ужина, и вдруг Айви расплакалась.
– Что стряслось? – спросила мама, обнимая её.
– Да зелень эта вся, – всхлипнула Айви и показала на окно. – Одна только зелень кругом адская.
И никаких домов. И так пусто. Ненавижу зелень. Не знаю почему, но просто ненавижу."
"Она вообще почти не выходит из дома, только сидит на кухне, курит и пьёт чай. Маме она очень нравится, потому что с ней веселее и ещё потому что мама Барри любит помогать. Ей нравится хлопотать, носить что-то туда-сюда, отскребать полы, гладить и наводить лоск. Она начистила плиту дяди Джорджа, так что он теперь тоже счастлив. Барри не говорит, что ему хочется, чтобы его мама уехала домой, но ему хочется, я чувствую.
Не то чтобы он её прямо-таки стыдился, но видно, как ему неуютно, когда она рядом. Он хочет или быть в Лондоне с ней, или здесь с нами, но не то и другое вместе. По крайней мере, мне так кажется.
Одно хорошо: Айви всё время подтрунивает над дядей Джорджем, – а больше никто не смеет этого делать, – из-за дырок на локтях его куртки и из-за того, как он неопрятно выглядит. Пару дней назад она усадила его и подстригла. И куртку зачинила.
