Для того, кто стремится во власть, лучше убрать его из лексикона, – произнесла, полагаясь на один лишь расчет. Я понятия не имела, кто на самом деле передо мной, но рассудила: если этот тип из знати, то наверняка метит поближе к трону. В дипломаты, советники, министры…
Расчет оказался верным. Блондинчик сквозь стиснутые зубы выдохнул:
– Стерва… – Да, именно так, а любовные приключения моих предков с бестиями до седьмого колена я предпочла не расслышать, порадовавшись, что Вильды все же нет рядом. А то заросли, конечно, хорошее прикрытие, но в них есть свидетели.
Один рыжий – так точно. К тому же потом еще алиби себе придумывай, дознавателям объясняй, что это была самооборона и сиятельный на мое боевое заклинание раз семь грудью сам напоролся…
Показав, насколько богатая у него фантазия и как обширны познания в видовом разнообразии нечисти, лордик выдохся и принес-таки клятву. Правда, обычную, закончив словами:
– С тебя и этого будет много.
Я же в ответ охотно пообещала, что не буду говорить ректору о нашей с блондином совместной ночи.
Аристократа при этих словах так перекосило, что я побоялась, что парня таки догнал инсульт, как адепт от него по кустам ни прятался.
Но нет, оказалось, что с лордиком все в порядке. Случайно. Потому как он все же не упустил момент и вроде как случайно, когда я разжала пальцы на его лацкане и отошла на шаг, поинтересовался:
– И зачем ты защищаешь этого бастарда? – А после, словно его осенило, потрясенно добавил: – Вы что, любовники?
Я на это усмехнулась:
– Хуже.
Мы – одногруппники. А над боевиками могут издеваться только боевики – и никто больше! Так что в следующий раз, если решишь подставить еще кого-то с нашего факультета, то узнаешь много нового о сплоченности, работе в команде, внезапных атаках, ликвидации противника и зачистке территории после боя.
– Это угроза? – мрачно поинтересовался лорд.
– Нет, это всего лишь учебный план боевого факультета, – елейно отозвалась я.
Аристократ на это что-то прошипел на змеином и предпочел уползти и не связываться с гадами куда крупнее и опаснее, чем он сам.
То есть мной и Ранских.
А я, рыжий и молчание между нами остались.
Адепт внимательно, испытующе и как-то совершенно по-новому смотрел на меня, а потом, сглотнув, произнес:"
"– Я никогда не думал, что меня будет защищать девушка, да еще вот так… – выдохнул он. – Он же мог тебя убить! И я бы не успел даже щит выставить.
– Но не убил же. Испугался, – я беззаботно махнула рукой.
– А если бы… – не отступал Ранских.
