А последнее не исправит ни один редактор…
Потому как другая, после покушения злодейки, несостоявшегося отравления или вчерашнего нападения на площади, давно бы подхватила свои юбки и помахала бы принцу рукой, какая бы большая империя за спиной того ни была. Ибо своя жизнь, пусть она и поменьше, но куда дороже. И только любовь, как точный удар в голову, вырубает так, что отключаются и мозги, и инстинкты. Например, самосохранения.
– С принцем после вчерашнего все в порядке? – спросила я и по тому, как враз побледнела героиня, поняла: кажется, я, желая сменить тему, выбрала еще более неподходящую.
Вот так у меня всегда: сажусь вроде бы просто на стул, а получается – в лужу. Но сказанного не вернешь, так что единственное, что мне осталось – сделать вид, что не заметила реакции Одри.
– Д-д-да, хорошо…
Выдавила наконец она из себя так, что я невольно мысленно закончила: «…что он хотя бы жив». Значит, вчера на ступенях храма и вправду была иллюзия и высочеству неслабо досталось от той твари.
– А с тобой? – вырвалось невольно у меня.
– Тоже хорошо, – уже куда лучше соврала Одри, улыбнулась… ну или как называть с усилием растягивающиеся в разные стороны уголки губ, когда взгляд при этом вопит: «Да пошло оно все!». А потом резко выдохнула, словно внутри нее что-то сломалось: – В бездну! К демонам Граса и всю его тайную канцелярию. Нельзя лгать тем, кого считаешь друзьями! Иначе начнешь лгать и себе. Я должна тебе это сказать, потому что ты – моя самая близкая подруга.
Вчера я безумно испугалась, Ким, испугалась не за себя, а за Ричарда!
Это был порыв, секундная слабость, которая просто необходима для того, чтобы снова стать сильной. И Одри стала. Прикрыв на миг глаза, после сказанного, она вновь посмотрела на меня. Прямо. Уверенно. Спрятав подальше смятение и сомнения, как и подобает главной героине, супруге будущего императора.
– А тех, кто совершил это… Их поймали? – спросила я.
– Тайная канцелярия знает свое дело, – уклончиво отозвалась блондинка, кажется, желая сказать больше, но не имея на это права.
– Не очень-то, если допустила, чтобы на тебя свалилась статуя, – хмыкнула я, вспомнив статью, которая вчера попалась мне в новостном листке в доме Нидоуза.
– Ну, я же не принц… И тогда была всего лишь адепткой, – неловко пожала плечами Одри, тем лишь укрепив мои подозрения: с этим покушением тоже все нечисто.
