Я не против – у нас так много времени. Но не проще ли смотаться на пять минут в будущее и выяснить – погиб «Кудесник» или всё осталось, как прежде? Мы убедились бы наверняка – вместо того, чтобы торчать на античном Востоке и гадать на кофейной гуще.
Алевтина снисходительно усмехнулась.
– Ты молод и определённо горяч, – заметила она. – Иначе бы знал такое слово, как пространственно-временной континиум. Ты покинешь античность, дабы вернуться в век айфонов, а в этот момент в античности что-нибудь да произойдёт. И ты потом не сможешь это исправить – уже никогда.
Пока что я права – есть люди, видевшие «Кудесника». Лжецы они или нет – мы скоро поймем.
Ангел не успел ответить – в коридоре появилась Беренис. Она вышла в оранжевую тень от светлячковых ламп молча, без улыбки и старалась не смотреть на Алевтину. Вслед за одноглазой девушкой из коридора вышли незнакомцы… в большинстве своём нубийцы в набедренных повязках. Лишь один человек выдавал себя белой кожей – его руки поросли светлыми волосками. Каждый нубиец носил на лице маску – изображение какого-либо животного.
Волк, сокол, крокодил. Вошедшие угрюмо молчали. Алевтине захотелось выскочить из лачуги вон.
– Я привела её сюда, как ты хотел, – сказала Беренис. – Где деньги?
Человек со светлой кожей снял маску волка.
И все увидели его лицо.
Глава III. Кяльб аль-амрики
(Ирак, цитадель города Киркук)
…Малинин с тоской взглянул на окружающих крепость боевиков. Человек сорок, никак не меньше. Атомной же бомбы, как назло, под рукой нет. Охрана не подавала признаков жизни: с ними разобрались.
В небе завис белый дирижабль – и это зрелище полностью срубило Малинина.
– Пипец нам, вашбродь, – констатировал он бесспорный факт.
– Ничего себе, – удивился Калашников. – Это где ж ты, братец, понабрался современного российского сленга? В школу мы с тобой вроде не ходили.
– Нешто я не православный? – хмыкнул Малинин. – А способности у меня, да – просто уникальные. Што ни скажи – на лету схватываю. Завидуете?
– Аж зубами скриплю, братец, – согласился Калашников.
Вскинув автомат, он взял на мушку людей в пятнистой форме.
– Бисмилля! – закричала Раэль, показывая вверх. – Кяльб аль-амрики![48]
Калашников не стал дожидаться сюрпризов судьбы: враги были как на ладони. Нажав на спусковой крючок, он дал длинную очередь, срезав сразу четверых. Боевики покатились по склону горы – молча, без криков. Малинин залёг под минаретом из жёлтого камня: используя укрытие, он первыми же выстрелами наповал уложил двух автоматчиков.
