Впрочем, кто мог не любить их Валерочку?
Словом, Марина, сдав дочь в надежные руки, окончательно почувствовала себя вольной птицей – муж в счет не входил. С работы домой она теперь не торопилась – болталась по улицам, разглядывая себя в отражениях витринных стекол, глазея на изобилие неведомых ранее товаров – немыслимых прежде для советских женщин. Изредка позволяла себе выпить кофе в расплодившихся, как грибы после дождя, уютных кафешках. Зависала в книжных, листая любовные романы, надеясь получить новые, неведомые ей, знания.
Придя домой, уходила в свою комнату и плотно закрывала дверь. И хорошо было лежать в тишине и в темноте, блаженно прикрыв глаза. Хорошо было снова мечтать о море, о летнем отпуске.
Просто было хо-ро-шо! Вот и все. Вполне достаточно.
Муженек наконец устроился на работу – куда и кем, она не интересовалась. От предложенных денег отказалась:
– Хочешь, отвези маме на Юльку. А мне твои деньги не нужны – справляюсь.
А однажды, когда он снова завел разговор о том, чтобы наладить совместную семейную жизнь, «попробовать начать все по новой», она резко ответила, точнее – спросила:
– По какой «по новой»? – И сухо рассмеялась.
– Ну ты и сказочник, однако! После всего дерьма, что между нами было? Ты считаешь, что есть возможность открыть новый счет? – И жестко добавила: – Живи своей жизнью, Денис! Устраивай ее, как сможешь. А брак наш… Брак наш с самого начала был… пылью, фикцией, дурацкой и нелепой попыткой построить что-то без любви – на одной только жалости.
А если нет любви, нужно хотя бы уважение. А тут и о нем не может никакой речи быть. Вот тебе и результат.
– А Юлька? – спросил он.
– А что Юлька? – устало переспросила Марина. – Юлька, слава богу, есть. Только спасибо за это я тебе говорить не буду. Потому что все помню. Все! Как ты свои миллионы с девками прогуливал, а мы с Юлькой… Да если бы не Валерочка, не знаю, что бы с нами тогда было! Так что прости.
Память меня пока не подводит.
Через три месяца Денис ушел. Объяснил коротко:
– Встретил женщину, у нее квартира. Эта пока остается тебе. А там – посмотрим, жизнь покажет.
Когда за ним захлопнулась дверь, Марина запрыгала, как девчонка, и закричала:
– Свобода Юрию Деточкину!
Вот привалило-то! Нет, бог, определенно, есть! Теперь она в этом не сомневалась."
"И наплевать, что Светловецкий не обращает на нее никакого внимания.
