Его бедра сотрясали меня, доводя до оргазма, удлиняя его, увеличивая и приумножая! Мы летели куда-то в небо, поднимались с невероятной скоростью, пока он не одарил меня обжигающим извержением. Мы застонали разом, мысленно ловя за хвост птицу сладострастия.
– Я тебя люблю, – прохрипел мой любовник и осыпал свою жертву поцелуями.
Перед сном, Добрыня еще долго купал меня в своих объятиях, словно хотел доказать, что все хорошо, что он рядом, и я могу ни о чем не беспокоиться. На этот раз первой уснула я.
Опять сладко потянулась.
Как же хорошо, когда он рядом. Чудесное утро, все прекрасно, даже солнышко пытается пробиться сквозь хмурые осенние тучки. Сейчас бы еще позавтракать неподражаемыми бабушкиными блинчиками, и я на самом деле официально признаю, что нахожусь в раю.
– А-а-а!!! – утреннюю, практически деревенскую тишину, разорвал крик. – Добрыня, Добрыня-а-а!!!
Этот голос, заставивший заледенеть сердце, было трудно не узнать. Аделаида Прохоровна! Долю секунды назад мирно спавший Добрыня вскочил с постели, и быстро накинув джинсы, вылетел за дверь.
Вслед за ним понеслась и я, одновременно заворачиваясь в одеяло, и пытаясь не рухнуть, споткнувшись об него же по дороге.
Старушку мы нашли в дверях одной из комнат. На лице у нее был написан такой ужас, как будто она только что самого дьявола видела.
– Олечка, – ее трясущаяся рука протянула клочок мятой бумаги Добрыне, – не доглядели-и!! Упустили-и-и! Я, я виновата!
Добрыня выхватил листок, а Аделаида закрыла глаза руками, ее худенькие плечики заходили вверх и вниз.
Я тут же подлетела и обняла ее, что же произошло?
– Что случилось? Добрыня? Что там написано?! – потребовала от любимого, а он только покачал головой.
– Ее похитили."
"Эти слова… Всего лишь два коротких слова, лишили меня дара речи и следующие сутки превратили в ад на земле. Во мне как будто кто-то невидимый нажал кнопку «пауза». Пока мы с Аделаидой пытались разобраться, что и к чему, Добрыня скрылся из виду. Алексей уехал вместе с ним. Нам было приказано запереться и сидеть дома.
Через полчаса к дому подъехало два черных джипа со странными номерами. Оттуда вышли люди, одетые как военные и рассредоточились по периметру. Я говорю так умно, потому, что среди них был один явно главный, командир, полковник, не знаю, как у них это там называется. Так он руководил всеми так громко, что каждый раз от его приказов, мы с Аделаидой подпрыгивали на диване, а старушка все хотела бежать и выполнять приказ главнокомандующего.
