Я тебе потом его расскажу.
И я рассказал. Через два часа. Когда мы отдыхали, лежа на кровати, усталые, но довольные. И Зина хихикала, как девчонка, и шлепала меня по голому животу.
* * *– Садись, Юра… – Хозяин кабинета грузно откинулся в кресле и пристально посмотрел на посетителя. Его кустистые густые брови, предмет насмешек и анекдотов, поднялись, будто он был удивлен, что вошедший осмелился его посетить. Хотя он сам и пригласил его на беседу.
– Здравствуйте, Леонид Ильич!
– Здравствуй, Юра. Ты захватил то, что я просил? Все бумаги по Шаману?
– Как вы сказали.
Всё здесь, Леонид Ильич! Все письма, все рапорты оперативников, занимающихся его розыском, все отчеты аналитиков."
"Андропов привстал, аккуратно положил пухлую кожаную папку на стол к Брежневу, под его руку. Тот задумчиво кивнул, положил руку на папку и легонько по ней похлопал:
– Здесь все письма?
– Все. Оригиналы.
– Зачем оригиналы… достаточно было бы и копий. Надеюсь, эксперты с ними поработали?
– Конечно, Леонид Ильич! Вам показать результаты экспертиз?
– Не нужно, Юра.
Я все это читал. Ты думаешь, если я немного болен, так и не интересуюсь ничем важным? Отстал от жизни? Думаешь, совсем сдал Леонид Ильич?
– Нет, что вы?! У вас светлый разум! Вы мудрый человек, который считает на сто шагов вперед, как самый лучший шахматист! Никто вас не считает больным!
– А я болен, Юра. И не с твоей ли помощью? Кто назначил мне эти таблетки? Не ты ли приставил ко мне тех людей, которые меня травили столько лет?
– Вы поверили словам этого Шамана? – Голос Андропова дрогнул.
– Это все чушь! Происки наших врагов! Меня пытаются очернить, чтобы убрать из вашего окружения верных людей!
– А что за Горбачев, которого ты тянешь за собой?
– Как – «что за Горбачев»? Леонид Ильич, вы же знаете, он первый секретарь Ставропольского крайкома, перспективный молодой коммунист. Ни в чем компрометирующем на замечен! А то, что пишет этот Шаман, какая-то… ерунда! Это политика очернения лучших людей из руководства партии! Я не знаю, кто стоит за Шаманом, но эти люди не желают добра нашей стране, уверен!
– А мне вот думается другое.
Мне думается, что этот человек искренен, переживает за страну. И пишет он дельные слова. Ты читал его размышления про экономику? Про перспективы развития? Он искренне хочет добра! Кстати, хоть раз было, чтобы он ошибся в прогнозах на катастрофы? Или о шпионах, которых он сдал? Вот ты говоришь – он желает очернить руководителей.
