То есть из-за такой ерунды немцы лишились удовольствия лично поболтать со мной…
– Товарищ комиссар, – позвали от входа. – Тут старший сержант Малышев просится к вам, говорит – очень важно. Говорит – вопрос государственной безопасности.
– Ну, раз говорит – впускай. – Комиссар посмотрел на Севку. – Твой сержант?
– Мы вместе шли… – Севка оглянулся на дверь.
Какая такая государственная безопасность? Что еще придумал старший сержант Малышев?
Севка сжал руки в кулаки.
Чего это его интересует сержант? Ему нужно думать о своей судьбе.
Стоит комиссару задать вопрос о прошлом… или только проверить документы. И все. Все.
И шутить он не станет.
– Разрешите? – старший сержант Малышев вытянулся у входа.
– Входи, сержант. Что у тебя?
Малышев протянул комиссару сложенный лист бумаги.
– Что это? – спросил комиссар.
– Записка вам от старшего лейтенанта Орлова, – отчеканил Малышев. – И вот тут еще карта.
Комиссар взял записку, развернул ее… Вздрогнул, посмотрел на сержанта, перевел взгляд на Севку. Еще раз перечитал записку.
– Сержант, позови сюда лейтенанта Ивановского, он, наверное, возле входа… – голос комиссара чуть дрогнул.
Когда лейтенант вошел, отодвинул Малышева, комиссар положил записку перед собой текстом вниз и несколько раз провел ладонью, разглаживая.
– Никита, сейчас очень аккуратно выйди наружу, без разговоров выруби старшего лейтенанта Орлова… Только выруби, он мне нужен живым. И тащи сюда.
– Есть. – Лейтенант вышел из блиндажа.
– Как зовут этого Орлова? – спросил комиссар.
Желваки дернулись у него на лице.
– Данила, – сказал Севка и похолодел, увидев, как меняется выражение лица комиссара, как мгновенно исчезает даже подобие улыбки, проступают сталь и камень. И лед.
– Отчество?
– Я не помню…
– Ефимович, – сказал Малышев. – Старший лейтенант Данила Ефимович Орлов."
"– Так… – Комиссар выпрямился, в руке его вдруг оказался пистолет. – Данила Ефимович Орлов… Это ж сколько ему сейчас? Лет сорок пять?
– Да нет, он сказал, что двадцать шесть… – Севка растерянно смотрел на небольшой пистолет, очень уместно выглядевший в руке комиссара.
– А на вид?
– Да столько же…
– Может, не он… – пробормотал комиссар, взял записку в левую руку, еще раз перечитал. – Тогда почему?..
– Нет его, – выпалил влетевший в блиндаж Ивановский. – Ушел. Только-только, говорят, был и исчез… Прикажете догнать? Только…
– Что?
– Танки на той стороне. Две штуки. И пехота до роты.
– Значит, нужно уходить. – Комиссар спрятал пистолет в карман, прошел к выходу.
