Здесь, под деревьями, еще было сумрачно, но небо, видное в просветах между ветками, светилось яркой утренней голубизной.
Из-за дерева на лесную дорогу шагнул человек. Поднял руку.
Водитель, имя и фамилию которого Егоров так и не запомнил за эти две недели, вопросительно посмотрел на военинженера.
– Стой! – скомандовал Егоров, высунулся в окно кабины и помахал рукой второй машине.
– Доброе утро! – сказал капитан Сличенко, заскакивая на подножку машины. – Заждался уже.
– Понимаете, там… – начал Егоров и хотел сказать, что нужно поторопиться, чтобы успеть обернуться до шести утра, но Сличенко его перебил.
– Вот туда, прямо по дороге, потом направо, – капитан указал рукой. – Только осторожнее – там колдобина, дорога старая, убитая напрочь. Там был лесхоз, вывозили деревья, но уже давно все заброшено. Посему – не спеша, чтобы не повредить скаты… Боец, все понятно?
Водитель кивнул. Что он, плохих дорог не видел? Вот хорошие попадались редко. А тут еще более-менее.
Машина тронулась с места.
– Это далеко? – спросил Егоров.
– А вы куда-то торопитесь? – с улыбкой вопросом на вопрос ответил Сличенко.
– В общем, да, – кивнул Егоров. – Эшелон уходит в шесть утра…
Капитан мельком глянул на свои часы.
– Успеете, еще куча времени.
Егоров тоже посмотрел на часы капитана, тот держался левой рукой за стойку кабины, просунув руку в открытое окно. На часах было без двадцати пять. А на манжете гимнастерки было пятно. Очень характерное пятно. Кровь. И на обратной стороне ладони капитана тоже были видны следы крови.
– Вы ранены? – спросил Егоров.
– Что? – удивился капитан, посмотрел на свою руку и засмеялся. – Нет, это комиссар поранился, а я перевязывал. А комиссар смеялся и прикидывал, как теперь с поврежденной рукой будет руководить воспитательным процессом среди личного состава. А я ему в ответ – тебе, для того чтобы руководить, только рот нужен да партбилет. Посмеялись… Вот здесь – вправо.
Водитель повернул баранку.
Дорога пошла под уклон, деревья подступили к машине с двух сторон почти впритык.
Ветки стали цепляться за кабину и бить по стеклу.
– Давно здесь не ездили, – сказал водитель.
– Ага, лет пять, наверное, – кивнул капитан.
Ему приходилось рукой отводить ветки, чтобы не слететь с подножки.
– Вы бы в кабину сели, товарищ капитан, – сказал водитель. – Или в кузов, к охране.
– К охране? – переспросил Сличенко у военинженера. – Вы с охраной?
– А вы как думали? Конечно, с охраной. По два бойца в кузове и еще лейтенант в кабине второго грузовика.
