министры отказались погашать личные королевские долги…
Тогда-то и появился замысел объявить Людвига II безумным. Младший брат короля Отто и в самом деле страдал психическим расстройством, потому решено было объявить регентом их дядю, бережливого и сговорчивого принца Луитпольда Баварского. Душой заговора стал граф фон Хольнштайн.
За поддержкой заговорщики обратились к Бисмарку. Канцлер дал уклончивый ответ. Современные апологеты Людвига II (в России это многолетний исследователь жизни баварского короля М.К. Залесская[18]) утверждают, что Бисмарк не одобрил заговорщиков и даже предупредил Людвига II об опасности.
Однако кто же в Германии осмелился бы пойти против воли железного канцлера? Тем более без крайней необходимости? Да и ответ Бисмарка был весьма уклончивый: все должно произойти согласно букве закона, необходим открытый судебный процесс государства против короля.
Самое поразительное в этом заговоре то, что все действовали из самых лучших побуждений и с искренним уважением к свергаемому Людвигу II.
Первым делом Хольнштайн подкупил близких королю гофкурьера Карла Хессельшверта и камердинера Лоренца Майра. Они-то и начали поставлять в мюнхенские газеты и правительству информацию о якобы безумных поступках Людвига II. Именно на основании показаний двух этих лиц и совершилось низложение короля. Личный врач Людвига II – Франц Герштер отказался подписать «обвинительный акт» против своего пациента, за что впоследствии претерпел гонения.
Главным обвинителем короля в безумии выступил знаменитый психиатр, анатом и физиолог, профессор, директор Баварского института психиатрии Бернхард Алоиз фон Гудден.
Он признал Людвига II сумасшедшим заочно, на основании показаний двух слуг. И сделал он это тоже от чистого сердца – у Гуддена лечился кронпринц Отто, и профессор решил, что у старшего брата, видимо, та же болезнь.
Гудден составил так называемый «обвинительный акт». Главным пунктом в нем было якобы желание короля продать Баварию за 40 млн марок графу Парижскому, чтобы на вырученную сумму достроить Херренкимзее.
На деле Людвиг всего лишь поручил Хессельшверту сделать за границей заем от имени монарха. Предатель же «представил правительству целую “тайную” переписку Людвига II с принцами Орлеанского дома. Причем ни на одном из писем не было собственноручной подписи короля! Более того, не было ни одного доказательства того, что данная переписка вообще велась с согласия, или даже с ведома Людвига!» (М.К. Залесская)."
"7 июня 1886 г.
