Боже мой, в семь лет она уже могла заморозить своими словами четверых взрослых! Тогда Ник решил вмешаться. Он наклонился, подхватил Мэдди на руки и начал ее щекотать. Девочка отвлеклась и начала смеяться.
Уилл, казалось, начал оправляться от шока, от того, что его дочь так открыто отвергла его, и заставил себя улыбнуться.
– Давайте есть! – весело предложил он. – Там еды на целую армию, так что наедимся до отвала!
Мы прошли в гостиную, где уже были другие гости. Мэдди, казалось, обрадовалась, увидев двоих детей, с которыми можно поиграть.
Она побежала к поезду с дистанционным управлением, который Уилл собрал для детей, чтобы развлечь их, и села, чтобы посмотреть, как они управляют маленькими составами. Я заметила, что Уилл не может оторвать глаз от Мэдди, и задавалась вопросом, что же он будет делать, чтобы добиться признания дочери.
Я собиралась последовать за ней и поиграть с детьми, как вдруг Ник взял меня за локоть и повел обратно в холл, подальше от всех.
– Ты останешься на выходные? – спросил он, и по выражению его лица я поняла, что ему, как и мне, не сильно хочется снова быть вместе под одной крышей.
– Уеду в понедельник, во вторник у меня экзамен по праву, – ответила я, как будто это могло его заинтересовать.
На самом деле, теперь, когда он снова был рядом, я не могла перестать думать о том нашем разговоре и о его фотографиях с Софией, которые я видела в журнале. Ярость внутри меня, которую я пыталась глубоко запрятать, вырвалась наружу, больше не позволяя мне держать себя в руках.
– Им нужно было предупредить меня, – сказал он больше себе, чем мне.
Его слова меня задели. Он был не единственным, кому не нравилась эта ситуация."
"Я собралась уйти, хотела убежать подальше от него, но он снова схватил меня за руку. Я ненавидела его прикосновения и изо всех сил дернулась, чтобы высвободиться. Встала перед ним и увидела, что он смотрит на меня как-то странно: не то смущенно, не то раздраженно.
– Прежде чем войти в комнату… – начал он, не глядя мне в глаза, – запомни, что моя сестра ничего не знает о нашем разрыве.
Как я и думала.
– Почему ты не сказал ей, что мы больше не вместе? – обвинила его я, едва сдерживая накопившуюся ярость.
– Она ребенок, она не поймет.
Я подняла глаза к потолку и громко фыркнула.
– Такой у тебя план, да, Николас? Делать вид, что ничего не произошло? Мы уже пробовали это, и ни к чему хорошему это не привело.
Черт, мне не стоило упоминать ту нашу страстную встречу в Нью-Йорке, но я говорила не только о ней.
