– Привет, чемпион, – поприветствовал я и позволил ему взять меня за палец своей маленькой ручкой. – Ты был очень смелым, сынок, – сказал я, целуя его в щеку и вдыхая его запах.
Энди улыбнулся, как будто понял. Я прижал его к себе и не мог сдержать слезы, катившиеся по моим щекам.
Как они могли так поступить?
Брайар… Майкл… Этот сукин сын сгниет в тюрьме, я позабочусь об этом.
Я посмотрел на Ноа, должно быть, это было ужасно для нее, черт, этого не должно было случиться. Стив должен был быть здесь… Я должен был быть здесь.
В душе я был благодарен за то, что установил сигнализацию, и что Ноа знала, как ее активировать. Не хотелось думать, что могло произойти, если…
На следующий день, уже в более спокойной обстановке, Ноа рассказала обо всем, что произошло. Я чувствовал, как бьется жилка на шее от ее рассказа.
Было больно узнать, что Брайар потеряла ребенка, когда была на шестом месяце. Я не знал, если бы я только знал… Должно быть, ей было ужасно проходить через это в одиночестве. Он тоже был моим сыном, и, глядя на Эндрю, я понял, что этот факт ранит меня не меньше, если даже не больше, чем все остальное.
"
"Я почувствовал необходимость навестить ее. Пусть Майкл сгниет в тюрьме, но Брайар больна. Через две недели после случившегося я поехал в центр, куда ее госпитализировали. Она проходила лечение от депрессии и биполярного расстройства. Я всегда думал, что у Брайар проблема, которую никто из окружающих не может понять.
Ее жизнь была похожа на мою в том смысле, что она росла одна, окруженная нянями, которые ее не любили.
Родители, казалось, заметили ее только тогда, когда она вернулась домой беременной, и сделали это только для того, чтобы отвернуться от нее. Я всем сердцем желал, чтобы она оправилась от того, что перенесла. Но я никогда не прощу ей, что она хотела забрать у меня сына.
По прибытии в центр мне сообщили, что ей стало намного лучше. Она принимала лекарства и стала намного счастливее. Когда я вошел в ее палату, она сидела на кровати и читала книгу.
Ноа описывала ее потрепанной. Однако теперь Брайар так не выглядела.
Она была одета в джинсы и чистую хлопковую футболку небесно-голубого цвета. Ее короткие волосы были собраны в аккуратный пучок на макушке, а красивые глаза с надеждой смотрели на меня, когда она увидела, как я вхожу.
Ей уже сообщили о моем визите. Она ждала меня.
– Привет, Николас, – поприветствовала она, закрыв книгу и положив ее на тумбочку.
Я подошел к ней и спросил, могу ли я сесть.
