Николас улыбнулся так, что у меня перехватило дыхание.
– Теперь ты хочешь сказать, что цель того танца, который ты устроила на танцполе, не в том, чтобы заставить меня ревновать?
Я распахнула глаза, изображая возмущение.
– Ты не центр вселенной, это не имеет к тебе никакого отношения, – солгала я. – И вообще, какое тебе дело? Ты уже второй раз это делаешь… Это ты меня ищешь. Ты делал это в доме своего отца и делаешь это сейчас, и мне это не нравится. Ты меня смущаешь и…
– И что? – прервал он, сделав шаг в мою сторону.
На этот раз я не отступила, а осталась на месте. Нужно с этим справиться, я уже сыта по горло эмоциональными качелями, которые следовали за каждой нашей встречей. Каждый раз, когда я думала, что смогу его забыть, он появлялся и все разрушал. Из-за этого я постоянно в себе сомневалась."
"– Мне это надоело, Николас, все кончено, и я пытаюсь двигаться дальше.
Ему не очень понравилась моя последняя фраза.
– Встречаешься с Саймоном? – в каждом из этих слов был яд.
– С Саймоном или с кем-то еще… Я тоже заслуживаю счастья, – решительно заявила я. – Я хочу того же, что было у нас с тобой, Николас… И если Саймон…
Он не дал мне закончить фразу. Его рука сжала мое запястье, и он потянул меня к себе, пока моя грудь не столкнулась с его, а наши ноги не оказались в опасной близости.
– Повтори. Повтори, что хочешь, чтобы Саймон дал тебе то же, что и я.
У меня перехватило дыхание от того, что он был так близко. Его аромат наполнил мои чувства.
Я хотела отодвинуться, чтобы восстановить самоконтроль, но он остановил меня, положив другую руку мне на спину и прижав к себе.
– Когда-нибудь я все равно буду с кем-то другим, Николас. Ты не можешь притворяться, что меня никто не трогает и что я в твоем полном распоряжении, когда тебе заблагорассудится. Я с Саймоном, прими это, точно так же, как я принимаю тебя с Софией, – сказала я, чувствуя горький привкус во рту при одном упоминании ее глупого имени.
– Помнишь Софию? Твою девушку? – добавила я с отвращением.
Николас изменился в лице. Он смотрел на меня несколько мгновений, которые показались мне вечностью и в течение которых я видела, как гнев, вызванный моими словами, на мгновение преобразил его.
– Ты играешь с огнем, Ноа, – он сжал руки в кулаки.
– Ни с чем я не играю. Это ты хочешь играть за обе стороны.
Николас горько рассмеялся.
– Какая ирония, что именно ты сказала это.
