Дама хохотала до упаду и откровенно льнула к новому воздыхателю, так и не обратив внимания на тот факт, что Селиванов ни разу не обратился к ней по имени. Дмитрий пропустил эту информацию мимо ушей — к чему запоминать, как зовут женщину, которую он забудет, еще не успев с ней расстаться?
Оглушенная приятным баритоном Дмитрия и его обхождением, блондинка все больше распалялась. Ее слегка полноватое лицо приобрело красноватый оттенок, придавая даме поразительное сходство с молочным поросенком, поданным к столу.
Ножка женщины, упакованная в чулки с крупной сеткой, стала ощупывать ноги Дмитрия. Поднялась выше, обнаружила тайник, расположенный за молнией брюк, — блондинка довольно улыбнулась и подмигнула.
— Что если нам снять номер в мотеле? — предложила она.
— У меня есть идея лучше, — высказался Селиванов. — Не хочешь покататься на моем «Ягуаре».
— Мечтаю об этом, — кокетливо протянула дама, с непревзойденной легкостью уловив непрозрачный намек. — Я очень люблю «кататься», особенно на «ягуарах».
Садясь в машину, блондинка пошатнулась и едва не упала. «Зря я накормил ее до отвала, — рассудил Дмитрий. — Если ее желудок не выдержит, мне придется менять машину. Хуже запаха рвоты могут быть только маниакальные наклонности Даны. Ну почему женщины не могут просто наслаждаться половым актом как таковым? Зачем выдумывать что-то новое, усложнять, выдвигать нелепые требования? Природа давно все решила за нас. Мы так стремимся поставить себя выше животных, возвыситься над инстинктами… что-то я не припомню ни одной знакомой крольчихи, которая бы после утех попросила партнера купить ей новую шубку.
Или машину. Или обручальное колечко. И если бы кролик во время самого процесса только попытался ударить ее плеткой, или другим образом подхлестнуть естественное желание, — она бы первой надрала тому уши. Да так, что навсегда бы отбила длинноухому желание изгаляться!»
Рассуждая подобным образом, Селиванов вывернул руль и остановился на набережной.
— Как здесь живописно, — выдала блондинка, выпрыгивая из машины. На подкашивающихся ногах она направилась к воде. — Мне так хочется сделать это на песке, под шум волн и крики чаек! Иди сюда… — она поманила Дмитрия пальцем.
Селиванова не порадовала перспектива валяться на холодном, прилипающем к телу песке, а беспокойное, наполненное душераздирающей тоской пение чаек и вовсе отбивало желание обладать женщиной.
