"Злодейка в академии. Сбежать от куратора
Василиса Лисина
Глава 1
Просыпаюсь в холодном поту, хватаясь за горло. Слишком ярко и реалистично. Когда открываю глаза и понимаю, что это всего лишь сон, испытываю невероятное облегчение. Я была на месте какой-то Ирмы, которую прибил жених за то, что она использовала тёмную магию. Правда, за секунду до удара он сам, похоже, её использовал. Любовницу завёл, вот и решил избавиться? Ужас. Какой только драмы не приснится, если до ночи читать.
А что ещё делать в больнице? Я перестаю разглядывать белый потолок, стараюсь выкинуть сон из головы.
Сажусь на кровати, чтобы глотнуть воды, которая должна стоять у меня на тумбочке. И застываю, свесив только одну ногу с кровати.
Я где?
Пахнет, как в нашей больнице, какими-то лекарствами и спиртом, но всё вокруг совсем другое. Стены оклеены обоями приятного мятного оттенка, а не покрашены, вся мебель деревянная и резная. А на тумбе вместо моей бутылки стоит что-то похожее на масляную лампу, с ручкой.
Перевели в другую палату? Но зачем? Почему в такую вычурную?
— Вы очнулись? — в палату входит врач.
Очевидно, врач, седой мужчина в очках, в руках у него большой блокнот, одет в белое. Но по крою одежды, по манере держаться и ещё чему-то неуловимому, я понимаю, что он иностранец. Нет, всё вокруг не наше, всё другое.
Меня охватывает паника. Это продолжение сна? Или какая-то шутка?
— Леди Ирма, готовьтесь к серьёзному разговору с ректором. Что вы делали возле врат призыва? — до сознания доходят слова врача.
Как он меня назвал?
— Где? — переспрашиваю я.
Он скептически на меня смотрит, хмурится.
— Вас нашли лежащей без сознания возле врат призыва, на закрытой территории, без сознания. Что вы там делали?
Я молчу, потому что не знаю, что сказать. Лежала без сознания? Врач касается пальцем лба, давит и что-то бубнит под нос. Я отстраняюсь.
— Я уже в порядке, так что я пойду, — говорю я, и, встав на ноги, быстро проскальзываю мимо врача.
— Вам нельзя… Леди, вы куда?
Он понял, но поздно.
Я уже открываю дверь и бегу. Пробегаю длинный коридор с портретами, поворачиваю и бегу по такому же коридору. На улицу! Мне нужно наружу, чтобы убедиться, что это всё чей-то несмешной розыгрыш. Всю улицу они не переделают, и там меня встретит гул машин, светофоры, люди…
Если это сон, то я сейчас проснусь, потому что сердце колотится так сильно, что я задыхаюсь. По пути мне никто не попадается, и я всё больше склоняюсь к тому, что это странно, так не бывает.
