— В любом случае, — медленно продолжает он, то и дело кидая на меня хмурые взгляды, — не вы первая, не вы последняя. Каждый год кто-то пытается попытать силы и получить спутника без допуска к вратам. Наказание одно: теперь вы в Группе саморазвития, где собраны подобные вам нарушители правил. После общих занятий будете посещать дополнительные. Отныне ваш куратор — господин Виллард. Может, вы именно этого и хотели?
Совсем наоборот. Мне же нужно было держаться от этого убийцы подальше!
Глава 4
Ирму ведь не переводили в эту группу по сюжету книги.
Почему сейчас перевели? Она откупилась? Родители надавили? Что мне делать?
Ректор озадачен, не такой реакции он ждал. Уж точно не паники, которая наверняка отражается на моём лице. Я совсем не рада возможности быть ближе к жениху, в отличие от настоящей Ирмы.
— Вижу, что нет. Но надо было думать раньше, адептка Кохейн, — ректор, опираясь ладонями о колени, встаёт. — До свидания. Сегодня отдыхайте, а завтра приступайте к занятиям.
Он выходит, и как только дверь закрывается, я всерьёз думаю о том, чтобы снова сбежать.
Нет, так дела не решаются, поймают же. Надо придумать план, и придерживаться его. Встаю, подхожу к окну. Теперь мне хочется заплакать, потому что там совсем незнакомый вид: низкие деревья с бурыми листьями, белые резные скамейки.
План такой: тихо-мирно, никому не мешая, уйти с дороги Арии и Ульриха, пусть будут счастливы без меня. А я без них. Пока что-то помню, надо записать, но так, чтобы никто не увидел.
Заходит доктор и отпускает меня домой. Это замечательно, только вот я совсем не знаю, куда идти: в воспоминаниях Ирмы я видела и комнату, и аудитории, но не дорогу к ним. С другой стороны, разберусь! Знаю, что общежитие — это отдельно стоящее здание на территории академии, на нём наверняка есть табличка. У Ирмы была служанка, так что мне просто надо её найти и задавать вопросы ей.
Перед выходом беру зеркало и разглядываю своё лицо. Да, совсем другое. Лицо настоящей красавицы, яркой, с прямыми тёмными волосами и густыми ресницами.
Только меж бровей уже появилась морщинка от того, что она часто хмурится, и уголки губ опущены.
Приглаживаю волосы, поправляю одежду, только сейчас обратив на неё внимание. Да, платье ничего, и для нашего мира бы подошло: хорошо скроенное, длинное, из лёгкой ткани. Только слишком тёмное, создаёт немного мрачный, злодейский образ… А, ну да.
Выхожу из лазарета, бесцельно иду по аллейкам.
