Но стоит мне так подумать, как за очередным поворотом врезаюсь в кого-то, не успев затормозить.
Чёрт. Врезалась лбом прямо в мужскую грудь, вроде упругую, но лоб болит, словно в стену впечаталась. Потираю ушибленное место и поднимаю взгляд. О нет.
— Вижу, ты в порядке, — с лёгким презрением говорит тот самый мужчина из сна.
Только он выглядит немножечко моложе, а взгляд почти такой же. Каштановые волосы, плохо скрываемое недовольство на лице.
— Ты… это ты… убийца! — вырывается у меня.
Взгляд убийцы мрачнеет, он хочет мне что-то ответить, но слушать я не собираюсь.
Я ясно понимаю, что надо бежать.
Глава 2
Лучше уж обратно в палату! Не тратя времени, даже не отследив реакцию мужчины на моё заявление, я разворачиваюсь и бегу!
Недолго, потому что меня сразу ловят, схватив за плечо, и разворачивают к себе.
— Ирмалинда Кохейн, — строго говорит убийца, глаза сверкают гневом. — Как это понимать?
Назвать дочь Ирмалиндой — это надо ещё додуматься. Но имя кажется знакомым, только не могу вспомнить, где я его могла слышать.
Широкая горячая ладонь опускается мне на лоб. Убийца проверяет температуру и хмурится. Что ему не понравилось? Я прихожу в себя, вырываюсь и убираю его руку. Отступаю на шаг, предупреждающе выставив ладони вперёд, чем вызываю ещё больше недовольства.
— Прекрати этот фарс, — говорит убийца. — Что произошло?
Если бы я сама знала…
— Не приближайтесь, — хочу произнести это строго и уверенно, так, чтобы по тону голоса он сразу понял, что со мной лучше не связываться. Но получается что-то жалобно-боязливое.
Убийца осматривает меня сверху вниз и обратно. Вид у меня наверняка растрёпанный и не очень благородный, в отличие от того, как выглядит мужчина передо мной. Одет в идеально сидящий костюм и белоснежную рубашку, ничего нигде не торчит и не помялось, несмотря на то, что сначала я в него врезалась, а потом он меня ловил. Держится уверенно, а я бы на его месте растерялась и решила бы, что имею дело с сумасшедшей. А может, так и есть?
Осмотрев меня, мужчина делает свои выводы, хмыкает, будто что-то понял.
Нет, как будто подумал обо мне что-то нехорошее.
— Как скажешь, — холодно говорит он.
Отворачивается и уходит. А я стою как вкопанная, потому что эта фраза из сна, сказанная тем же тоном, вызывает во мне волну неприятных мурашек.
Так, спокойно. Он меня не убил. Но может.
Сейчас он сделал, как я и хотела — ушёл. Только предчувствие у меня всё равно плохое, будто опасность не миновала, а усилилась."
"Нет, надо мыслить позитивно.
