Надеюсь, вы понимаете, что будет, если это клевета?
— Мой друг что-то не так понял, — встаёт Ария и, прижав руки к груди, шагает ближе к Ульриху. — Крис, я же никогда не говорила, что это Ирма.
Глава 26
Крис непонимающе хмурится, будто думает, что не расслышал.
— Но ты говорила, что она была рядом, когда…
— Простите его, — перебивает Ария. — Думаю, это чья-то шутка и недоразумение.
— И всё же я попрошу сейчас вас обеих протий со мной, — Ульрих строго смотрит на меня, а потом на Арию. — Нужно вернуть вам цвет лица.
И поговорить.
Он говорит это так, что спорить не хочется. Глубоким, властным голосом, которому хочется подчиняться… Чёрт. Похоже, эффект снова нарастает.
Отвожу взгляд от Ульриха, которому идут даже появившиеся с недавних пор тени под глазами и морщинка между бровей. Перевожу взгляд на Криса — это безопаснее. Парень переваривает информацию, его лицо мрачнеет, и он смотрит на Арию уже совсем по-другому. Но видно, что пока не может поверить в то, что она оболгала меня умышленно.
Чувствую, что я снова останусь голодной.
Вслед за Ульрихом мы уходим в сторону кафедры боевого факультета. Я не замечаю дороги, потому что смотрю на его широкую спину, мужскую крепкую шею и плечи, подмечаю движения мышц… Ловлю себя на мысли, что если бы не его отношение ко мне, я бы не сдерживалась.
Опасно так думать. Приходится напомнить себе, что Ульрих непрост и опасен.
У своего кабинета он просит нас подождать, и только тогда я вспоминаю, что, вообще-то, меня сейчас ждёт тяжёлый разговор.
Ария нервничает и то и дело поглядывает на меня.
Будто ждёт какой-то реакции, кусает губу. Я замечаю это боковым зрением, мне даже смотреть на неё не хочется. Я с облегчением выдыхаю, потому что мой жених скрывается за дверью, а потом зовёт туда только Арию.
И всё бы хорошо, но царапает меня какое-то смутное чувство. Ревность? Не может быть. Да, всё дело в том, что Ария может снова наговорить что-то про меня наедине с Ульрихом, этого я и боюсь. По крайней мере, мне хочется так думать.
Через несколько минут она выходит оттуда злая, но с чистым лицом.
Кидает на меня недовольный взгляд и выходит молча. Я мысленно праздную победу. Выкуси, Ария, ничего у тебя не вышло.
— Теперь ты, Ирма, — раздаётся голос Ульриха за дверью. Как у него приятно получается произнести это имя: Ир-ма…
Хлопаю себя по щекам, чтобы собраться. Захожу и присаживаюсь на краешек.
— А я тут зачем? — отрываю взгляд от ворота его рубахи, расстёгнутого на одну пуговицу. — Вопросы были только к Арии.
