Но однажды он проснулся и осмыслил свое положение: голова болит от выпитого накануне вина, кошелек пуст, потому что проигрался в кости. Он решил, что скука достигла предела и больше он так не выдержит. Ему необходимо действие. Поэтому он отправится туда, где есть возможность действовать. Он поедет на Восток и присоединится к личному штабу своего шурина Луция Лициния Лукулла. Но вовсе не для того, чтобы завоевать репутацию храброго и способного солдата! Военные подвиги нисколько не прельщали Клодия. Быть в штабе Лукулла! Кто знает, какие перспективы могут открыться? Старший брат Аппий завоевал восхищение Рима не воинскими подвигами, а тем, что искусно досаждал Тиграну в Антиохии.
Царь царей крепко пожалел о своем решении поставить на место Аппия Клавдия Пульхра, заставив его томиться несколько месяцев в ожидании аудиенции.
И незадолго до возвращения Аппия Публий Клодий уехал на Восток. Это случилось в начале года, сразу после совместного консульства Помпея и Красса. В том же году Цезарь уехал квестором в Дальнюю Испанию.
Тщательно выбрав маршрут, который не столкнет его с братом, Клодий прибыл в Геллеспонт и узнал, что Лукулл умиротворяет завоеванное царство Митридата. Переплыв узкий пролив в Азию, он двинулся через всю страну следом за шурином Лукуллом. Клодий считал, что знает Лукулла: учтивый, педантичный аристократ, любящий повеселиться, очень богат, обожает хорошо поесть и выпить хорошего вина, ценит хорошее общество. Как раз такой начальник, о котором мечтал Клодий! Кампания под началом Лукулла просто обязана превратиться в роскошное времяпрепровождение.
Клодий нашел Лукулла в Амисе, великолепном городе на берегу Эвксинского моря, в самом сердце Понта. Амис пережил осаду и понес большие потери. Теперь Лукулл возмещал ущерб и приучал жителей к правлению Рима, а не Митридата.
Когда Публий Клодий появился у него на пороге, Лукулл забрал у него сумку с официальными письмами (которые Клодий распечатал и с удовольствием прочитал) – и забыл о его существовании. С рассеянным видом он отослал младшего зятя помогать легату Сорнатию и вернулся к тому, что больше всего занимало его мысли, – к предстоящему вторжению в Армению, царство Тиграна.
В ярости от такого бесцеремонного обращения Клодий поспешил уйти. Но вовсе не для того, чтобы кому-то помогать. И меньше всего – такому ничтожеству, как Сорнатий. Таким образом, пока Лукулл подготавливал свою маленькую армию к маршу, Клодий занялся тем, что исследовал тихие улицы и аллеи Амиса.
