— Вот как? — негромко спросил Такеши. — Что ж, не думаю, что мне составит трудность перебить полтора десятка человек из старшей ветви.
Стоя подле, Наоми чувствовала его огромное внутреннее напряжение. Даже голос Минамото вибрировал, насыщенный эмоциями.
— До конца приема осталось совсем немного. Проживи оставшиеся часы ярко, ибо они будут последними в твоей жизни, я клянусь.
Лицо Такеши искривила усмешка.
— Я уже слышал это от тебя, — сказал он, поиграв желваками. — И старший брат клялся мне в том же. И где он сейчас, Тайра? Я разрубил его на куски и скормил свиньям.
Мои обеты завязаны на крови, а твои — на пустом словоблудии.
Стремительно развернувшись, Такеши зашагал прочь, и Наоми поспешила за ним. Не сразу она поняла, что дрожит, что из-за пересохшего от страха горла не может вымолвить и слова.
— Тише, — Минамото тронул ее за локоть, когда они отошли на достаточное расстояние. — Идем, я хочу поближе рассмотреть узор на стенах.
Наоми вскинула на него удивленный взгляд, но послушно пошла следом. После гнетущего разговора с Тайра она впала в странное оцепенение.
Они приблизились к стене, от потолка до татами завешанной плотной тканью песочного цвета, на которой в честь праздника были вышиты лепестки сакуры.
С противоположного конца помещения к ним медленно шли Нарамаро-сан и Фухито-сан.
Здесь, в отдалении от посторонних взглядов Такеши заставил Наоми остановиться и произнес, глядя в широко распахнутые зеленые глаза:
— Сейчас я позову Кацуо и ты уйдешь с ним.
Она впилась пальцами в его локоть, и ее хватка оказалась неожиданно сильной.
— Почему?
— Потому что тут будет бойня, — непрестанно оглядываясь по сторонам, ответил Такеши.
Он говорил сдержанно и как-то устало; вспыхнувший при встрече с Тайра яростный пожар потух, и сейчас в глубине его глаз лишь тлели угли затаенной, выпестованной ненависти.
— Их люди вокруг здания, Такеши, — хмуро произнес подошедший Фухито-сан. — Мы заметили их с террасы. Они не особенно таятся.
«У меня не получится уйти», — мелькнула у Наоми мысль, и она помимо воли сместила хватку своих пальцев на запястье Минамото.
— Что будем делать? — Нарамаро-сан мрачным взглядом исподлобья окинул собравшуюся в зале знать.
— Ждать. А после — драться, — у Такеши почти получилось равнодушно пожать плечами.
У каждого из них на поясе висела катана. И каждый дорого отдаст свою жизнь.
— Солдаты ждут условного сигнала, — заметил Фухито-сан, когда они вчетвером направились в центр зала, чтобы не привлекать ненужного внимания.
