Я снова открыл историю болезни Шевченко. Если отбросить все «но», клиника все равно больше всего походила на какой-то атипичный, скрытый системный воспалительный процесс. А значит, нужно было ударить по нему из самого мощного оружия, которое было в арсенале лекарей.
Я быстро набросал лист назначений. Высокодозная пульс-терапия магическими кортикостероидами. Это был мощный удар по иммунной системе. Если в организме Шевченко действительно прятался какой-то вялотекущий, невидимый для анализов враг, этот удар либо оглушит его, и мы увидим улучшение, либо… либо не произойдет ничего.
И тогда мы сможем с уверенностью вычеркнуть еще одну огромную группу заболеваний.
Одновременно с этим нужно было запустить последнюю, самую отчаянную проверку.
Я снова направился в палату к Шевченко.
— Сергей Петрович, простите, что снова беспокою. Нужен еще один, последний анализ.
Он только устало кивнул.
Я взял у него кровь. На этот раз — на расширенный токсикологический скрининг. Тяжелые металлы, фосфорорганические соединения, редкие яды.
Это было похоже на стрельбу из пушки по воробьям, но я должен был исключить все.
Отправив пробирки в лабораторию и передав лист назначений на пост, я вернулся на свое место.
Все.
Я сделал все, что мог. Запустил два процесса одновременно. Теперь оставалось только ждать. И это было хуже всего."
"— Ну что, двуногий? — Фырк осторожно уселся мне на плечо. В его голосе не было обычной язвительности. Только сочувствие. — Закинул все удочки?
— Все, — ответил я, уставившись в стену.
— Теперь это как искать черную кошку в темной комнате.
— Особенно когда ее там нет, — закончил он мою мысль. — Может, он и правда… просто старый? И все ломается само по себе?
— Не бывает так, Фырк, — я покачал головой. — У всего есть причина. У каждой болезни есть имя. И я должен его найти.
Я снова открыл историю болезни Шевченко. Нужно было перечитать ее еще раз. Десятый. Двадцатый. Сотый. Пока какая-нибудь незначительная деталь не бросится в глаза.
Потому что время играло против меня. Мужчина в палате у окна медленно угасал. И я был его единственным шансом.
* * *Светлана Козлова, или просто Светочка, как ее звали все в отделении, с удовольствием посмотрела на часы.
Шесть вечера.
Еще два часа, и можно домой. Дома ее ждал песик, недосмотренная серия любимого сериала и большая чашка чая с мятой. Идеальный вечер.
Отделение неврологии жило своей тихой, размеренной жизнью.
