Она позволила мне увидеть край своей самой большой уязвимости. И это было ценнее любых слов.
Когда мы снова вернулись к остывшему ужину, атмосфера была уже другой. Более тихой, но и более прочной.
И в этот момент зазвонил мой телефон.
На экране высветилось: «Мышкин К. Ф.».
— Опаньки! — тут же оживился Фырк. — А вот и мышиный король пожаловал! Интересно, что этому твоему следователю понадобилось в такой час? Не иначе как хочет тебя в свою тайную лигу справедливости завербовать!
Я показал экран Веронике.
Она понимающе кивнула.
— Отвечай. Наверное, что-то важное.
Я нажал на кнопку приема.
— Разумовский, слушаю.
— Добрый вечер, господин лекарь, — голос Мышкина в трубке был, как всегда, ровным и бесцветным. — Извините за поздний звонок. Нам нужно встретиться.
— Что-то срочное?
— Это не телефонный разговор, — отрезал он. — Через час. В парке у старого фонтана. Приходите один.
И он повесил трубку, не дожидаясь ответа.
Я посмотрел на Веронику. Уютный домашний вечер окончательно закончился.
— Мне нужно идти, — сказал я. — Похоже, дело, которое нужно было закончить, само меня нашло.
Мы встретились в условленном месте. Старый парк был почти пуст. Фонари тускло освещали мокрые от вечерней изморози дорожки. Мышкин ждал меня на скамейке у неработающего фонтана. Он был в обычном штатском плаще и выглядел, как случайный прохожий, а не как следователь Гильдии.
— Спасибо, что пришли, — сказал он без предисловий, кивнув на место рядом с собой.
— У вас был такой тон, что отказать было бы неразумно, — ответил я, садясь.
— У меня мало времени, так что перейду к делу, — он посмотрел не на меня, а куда-то в темноту. — Семья Ветровых дала показания. Они подтвердили, что Сычев и Волков оказывали на них давление. Но этого мало.
— Как мало? — удивился я. — Это же прямое доказательство.
— Это их слово против слова Мастера-целителя и фельдшера, — усмехнулся Мышкин. — Адвокаты Гильдии разнесут их показания в пух и прах. Скажут, что они испугались, оговорили уважаемых людей.
Волков выйдет сухим из воды, а Сычева в худшем случае пожурят и отправят на другую подстанцию. А я хочу посадить их обоих. И надолго.
Он наконец повернулся ко мне. В тусклом свете фонаря его глаза казались черными провалами.
— Мне нужна ваша помощь, адепт. Мне нужно поймать их с поличным. Нужна ловушка. И вы — идеальная приманка.
— Я же говорил! Я же говорил! — панически завопил Фырк у меня в голове.
