Но сейчас мы играем по моим правилам. И ты должна делать то, что я тебе говорю.
Я ухожу в свою комнату, громко хлопаю дверью, бросаюсь на кровать и выпускаю всю злость и отчаяние, которые еще со вчерашнего вечера копились во мне. Сама не замечаю как, засыпаю и просыпаюсь от аккуратного, даже робкого стука в дверь.
– Госпожа Доггерти, – слышится оттуда женский голос, – вы в порядке?
Поднимаюсь, понимая, что голова звенит от того, что перед сном рыдала. Морщусь не от головной боли, а от того, что ощущаю себя слабачкой.
Ну подумаешь, не дал отправить письмо! Это же не конец света. Жива? Жива. А, значит, все еще решимо.
– Госпожа Доггерти, – настойчиво снова зовут меня.
У меня хоть и развита зрительная память лучше, голоса я тоже неплохо запоминаю. Это та самая девушка, что встречала нас у входа на дирижабль, а потом принимала заказ в столовой."
"Подхожу к двери и открываю. Она очередной раз оценивающе осматривает меня.
– Ваш муж попросил меня помочь вам собраться к ужину, потому что вы уже опаздываете, – произносит она, а в интонации сквозит “сами вы прилично не оденетесь”.
– Благодарю, но я вполне могу справиться сама, – отвечаю и собираюсь закрыть дверь.
– Увы, – она ловко подставляет ногу. – Но я уверена, что смогу помочь молодой леди выглядеть достойно, чтобы она непременно получила удовольствие от торжественного вечера в честь отправления дирижабля. Тем более, в день свадьбы.
Мы стоим, пронзая друг друга взглядами, и ни одна из нас не готова сдаться.
– Еще ваш супруг просил передать вам это, – она протягивает мне небольшую записку.
В ней убористым ровным почерком написаны всего несколько строк:
“Милая Мелани,
Рассчитываю на твою сознательность и логическое мышление, коим ты не обделена, как я имел счастье около года наблюдать. Если ты отпустишь ситуацию, то тебя непременно ждет отличное путешествие и удивительный вечер сегодня.
Твой супруг, Симус”.Чудовище. Он так к этому относится, будто в игрушки играет.
Вместо того, чтобы по-настоящему получать удовольствие от своего первого путешествия на дирижабле, я вынуждена думать о том, что меня взяли в заложники и, по сути, испортили мне всю дальнейшую жизнь…
– И в чем же вы должны мне помочь? – с ухмылкой спрашиваю я.
– Во всем, – отвечает женщина и достаточно нагло проходит внутрь.
Следующие полчаса меня расчесывают, красят, одевают, крутят во все стороны. В качестве “бонуса” мне полагается еще одно платье.
