— А как к вам попал подсудимый?
— Его принесли в числе последних. Судя по характеру ранения, тварь пропорола его когтями. Ребра с правой стороны были сломаны. Очень нехорошая была рана. Мне с ним пришлось повозиться.
— Скажите, а магический уровень подсудимого вы определяли?
— Да.
— А зачем это нужно? Сможете дать объяснение по-простому для людей от целительства далеких?
— Ну это стандартная практика, — поясняет целитель, — В результате тяжелых травм порой страдает не только тело, но и повреждаются силовые каналы.
Их тоже приходится восстанавливать.
— То есть вы определяли магический уровень подсудимого сугубо в целительских целях?
— Да.
— А магический потенциал тоже определяли?
— Разумеется. Поверьте, это не менее важно.
— Охотно верю. И к какому результату вы пришли?
— У него нулевой уровень и нулевой магический потенциал.
— Как такое возможно? Разве в магическое училище принимают людей с нулевым потенциалом?
— Вот и я удивился. Такого просто не может быть. Вернее, такое бывает, когда переход восемнадцатилетнего рубежа происходит тяжело.
Бывают случаи, когда молодые люди неспособны его пережить. Бывает, что выживают, но «теряют» потенциал на короткое время.
— Сколько может длится такая «потеря потенциала»?
— Сутки, максимум двое. Затем, либо магические каналы полностью приходят в норму, либо человек умирает. Увы, третьего не дано.
— А ошибиться вы не могли?
— Чтобы избежать ошибки, я запросил его личное дело. Знаете, бывает, что день рождения указан неверно или магическая перестройка наступает немного раньше или позже.
День рождения не всегда однозначный рубеж.
— И что показало личное дело?
— В личном деле указано, что нулевой магический потенциал у него был зафиксирован оракулом в день поступления. С тех пор прошло достаточно времени, чтобы сказать со стопроцентной уверенностью, что он не человек.
— У меня больше нет вопросов к свидетелю, — обвинитель выдохнул как человек, покончивший с работой.
— Больше вопросов и не потребуется, — сказал судья, — Факт вины полностью доказан.
Перед нами не человек. А если он не человек, значит он не граф Кротовский, а захватившая его сущность.
Как это не потребуется? Почему это не потребуется? Обалдели они что ли?
— Я бы все-таки хотел задать свидетелю один вопрос, — пытается возразить адвокат.
Во-во, давай защита, впрягайся, а то посадят меня на кол к чертям собачьим.
— А зачем? Это ничего не изменит, — судья явно не намерен продолжать процесс.
