«Дань…»
«Я тебя обожаю, Дань…»
«Данечка…»
«Спорим, Дань? Первого сентября проверим! Ты? Или я?»
«Признай уже, что я для тебя тоже особенная-особенная… И не потому что я – сестра твоего друга… А потому что я – это я… Твоя Маринка… Твоя, Дань!»
«Обожаю тебя, Дань…»
«Дань-Дань…»
«Да-не-чка…»
Порхает по сцене моя Динь-Динь. Легко, изящно, будто невесомо, и вместе с тем стремительно, словно беспощадное торнадо. Динамика меняется, я моргать не успеваю. Завораживающее зрелище. Парализующее и размазывающее. Меня в жар бросает.
Я плавлюсь, но при этом по телу непрерывно гоняет дрожь. Постепенно весь организм заводится. Начинает потряхивать изнутри. Каждую мышцу перебивает. И я никак не могу сбросить или хотя бы смягчить это напряжение."
"Темп и громкость музыки нарастают. В зале возникает гул. Я давлюсь своей ебанутой жадностью. В эту секунду к каждому, кто смотрит на Маринку, ревную. Погибаю от ее красоты.
А потом… Потом она заходит на очередную поддержку, не справляется и падает.
39
А чем вообще является любовь?
© Даниил ШатохинВдох-выдох.
Экстренная перестройка всех систем.
Берусь за дверную ручку и, громко сглатывая, замираю. Давлю и оцепляю мощный выброс эмоций. Несмотря на кровоточащие и гниющие внутри меня раны, взрывается и реактор. Горю ярким пламенем. Никакие методы не работают, чтобы тушить этот пожар. На них попросту не хватает концентрации.
Вдох-выдох.
Решительно дергаю дверь и переступаю порог дома, в который зарекался входить.
Сердце разгоняется, пока на автомате оглядываюсь.
И голова куда-то сходу летит. Кругами, блядь. А следом уже привычная тошнота подступает.
Здесь все, как обычно.
Только я другой. Еще более чужеродный. Недостойный. Преступный. Грязный. Оборотень.
Но не прийти я не мог.
– Данька! Привет, дорогой! – радостно восклицает появившаяся из кухни мама Таня. Я, безусловно, такой прием не заслуживаю. Но, как и раньше, жадно им наслаждаюсь. Пожарище внутри на время стихает. Обезболивающим бальзамом обволакивает плоть мягкое тепло.
– Ты почему так долго не заходил?
Чтобы скрыть возникшую вдруг в руках дрожь, стискиваю пальцами купленного по дороге плюшевого медведя и неловко прижимаю его к груди.
– Здравствуйте… Эм-м… Так получилось… – смущенно улыбаюсь.
Охотно наклоняюсь, когда мама Таня тянется, чтобы обнять и поцеловать. Недостоин, конечно. Но и этим эгоистично упиваюсь.
– Ты к Рине? – спрашивает чуть позже, глядя на игрушку.
Я заливаюсь жаром. Виновато опускаю взгляд.
