Вполне возможно, что Павел Афанасьевич приходился им правнуком и внуком соответственно.
Согласно формуляру, Павел Афанасьевич происходил из крестьян. Родился в 1877 (или в 1878) году. Получил домашнее образование. На службу поступил 5 сентября 1895 года урядником в 3-й стан Дементьевской волости Харьковского уезда. 1 августа 1896 года был «переведен для пользы службы на ту же должность» в Удянскую волость, а 1 октября 1897 года – в Ольшанскую.
12 января 1905 года за 5-летнюю службу в полиции был награжден серебряной медалью на Аннинской ленте.
22 марта 1908 года был назначен исполняющим должность полицейского надзирателя уездного города Змиева, а 22 октября того же года отправлен исправлять должность пристава 1-го стана, а с 22 ноября 1909 года по 5 января 1910 года – 2-го стана Змиевского уезда.
31 декабря 1909 года «подвергался испытанию в педагогическом совете Змиевского трехклассного училища на производство в первый классный чин, таковое и выдержал удовлетворительно».
11 февраля 1911 года «определен, согласно прошения, канцелярским служителем в Изюмское полицейское управление с допущением исполнения обязанностей помощника пристава город Изюм».
"
"5 апреля 1912 года был перемещен в город Волчанск полицейским надзирателем, 28 ноября того же года назначен помощником пристава города Волчанска[121], а 30 марта 1913 года был переведен в Харьковское уездное управление на должность пристава 1-го стана[122], в которой, судя по «Харьковскому календарю»[123], прослужил до Февральской революции 1917 года.
Свой первый чин – коллежского регистратора – Павел Афанасьевич получил лишь 3 марта 1914 года (старшинство от 11 февраля 1913 года).[124]
Чем занимался П.А.Титаренко после революции нам неизвестно. Скончался он 23 мая 1942 года.[125]
Кто кого провел?[126]
Как-то в сумерках в глубокую осень ко мне в квартиру бы доставлен толпой крестьян связанный молодой человек. Лицо у него было окровавлено, и весь он был выпачкан в грязи. Толпа крестьян шумела, галдела, чего-то требовала, но добиться от нее толковых объяснений было очень трудно.
Наконец кое-как удалось успокоить толпу, и от находившихся среди нее двух приезжих торговцев я узнал, что прошлой ночью они возвращались с ярмарки в городе Б. вдвоем на подводе, нагруженной каракулевыми шапками и смушками[127] на сумму до 700 рублей. Товар был сложен в коробках и прикрыт сверху кожей. Не доезжая версты 2–3 до города Б. их перед рассветом начало клонить ко сну, и они, сидя в передке повозки, вздремнули.
