– И я никому еще не говорила, только тебе… Мы уже хотим… Ну… Ребеночка…
Мне казалось, что хуже быть не может, но становится. Мечты подруги, которые могут стать для нее реальностью, уничтожают остатки моей веры в собственное светлое будущее. Я всегда хотела детей от мужа, союз с которым благословил Аллах. А теперь… Кем я выйду из этого брака? Когда выйду? Оправлюсь от него? Снова ощущаю весь груз наказания.
– А вы с Айдаром? – Смаргиваю и смотрю на Лейлу.
– Учеба, Лейляш. Сначала учеба…
***
Состоящая из бесконечной лжи встреча не приносит мне ни капли удовольствия.
Домой я еду с осознанием, что меня ощутимо потряхивает.
На днях родители узнали, что я подала заявление на отчисление из медицинского. Вчера впервые на мой телефон пришел входящий от отца.
Я смотрела на экран и не могла пошевелиться. Не взяла. Потом получила сообщение от мамы: «Доченька, ну как так? Нельзя университет бросать! Послушай нас, пожалуйста… Приезжай, посоветуемся…».
Я не поехала, конечно. И не поеду. Но ведь и посоветоваться мне не с кем.
Я так обрадовалась, получив одобрение Айдара, но кто я для него? С чего взяла, что мое благополучие значит хотя бы что-то? Он мог сказать, что поддерживает, просто чтобы отлипла. Сейчас мой приезд в прокуратуру кажется еще более глупым. Всё таким кажется.
Если бы я что-то значила – он не бросил бы меня так унизительно.
Захожу в дом и сразу же торможу. Заношу руку над консолью, но ключи не бросаю. Смотрю.
Воспоминания оживают ощущениями. Становится сначала слишком жарко, а потом арктически холодно.
Мне ужасно стыдно за то, что позволила. Наверное, действительно не стоило. И гордость была бы не настолько задета. И боли такой силы я не ощущала бы. Пожила бы чуть дольше в розовых мечтах. Но какая уже разница?
Я понятия не имею, что буду делать. Сейчас – пять. С ужинами мужу покончено. Айдар сказал, что не нуждается. Темы для разговоров я придумывать перестала, как и спускаться навстречу.
Закроюсь в спальне. Почитаю книгу.
Это унылый план, но другого у меня нет.
Крупная сумма списания внимания моего мужа не привлекла, ему не до меня.
А я зачем-то притащила домой очередные никому не нужные цветы. Теперь их лайкнет несколько жен госслужащих и крупных бизнесменов. Я их тоже лайкаю.
Делаю решительный шаг мимо тумбы, впитавшей слишком много моих эмоций, когда телефон в сумке вибрирует. Это может быть снова мама или папа. Бекир. Может быть Митя, он несколько раз писал с нового номера.
