— Это наши с тобой дела, и не надо в них никого вмешивать. Тем более в праздник. Ладно, я сама им позвоню и скажу, что больна. А ты поосторожнее там с Ольгой. Олег непростой человек.
— Я тоже не пальцем деланный, — фыркнул он.
Но поежился и на дверь обернулся — показалось вдруг, что за ним кто-то наблюдает, даже неуютно стало. Понимал, что этого быть не может, в квартире никого нет. Но все-таки пересел, чтобы дверь видеть.
— Будь осторожнее, Саша, — повторила Арина со вздохом. — И всего тебе хорошего. Прости меня, если сможешь.
Отключилась. Его мобильник поморгал десять секунд и погас. В квартире сделалось тихо.
— Вот и все, — специально громко сказал он, чтобы не глохнуть от противной тишины. — Вот и все, Ариночка.
Неожиданно накрыла такая острая жалость к себе, что в горле перехватило.
Как же он теперь один? Временами мечтал об этом, да, скрывать от себя самого нелепо. Но не думал никогда, что это так странно и как-то даже неприятно. Пустые комнаты. Пустая постель. Последний месяц дался ему нелегко: он терпеть не мог засыпать один.
Но все ждал, надеялся, что Аринка опомнится и вернется к нему под одеяло. С Олькой опять же все закрутилось, а от секса с ней он буквально уставал — она была ненасытной.
Теперь что? На Аринку надеяться смысла нет. Даже если бы она и вернулась, он не простит ее никогда. С Ольгой надо осторожно. Если Арина каким-то образом узнала, может узнать и Олег. А Олег — страшный человек.
Будто откликаясь на его мысли, зазвонил мобильный. Номер не определился.
Обычно он не отвечал таким анонимам, но это было раньше. До того, как его бросила жена, до того, как он связался с замужней женщиной и мог теперь из-за этого заиметь массу проблем.
Саша провел пальцем по экрану, осторожно откликнулся:
— Да.
— Сашка, это я. — Сдавленный шепот Ольги. — Я в беде! Я в такой беде, Сашка!
— Что случилось?
Голову будто на наковальню положили, сейчас ударят молотком. Внутри все омертвело.
— Саша!.. — Оля отчетливо всхлипнула. — Он все знает!
Спрашивать, кто и что знает, смысла не было.
Они с Ольгой прекрасно понимали друг друга. Лучше, между прочим, чем с Аринкой, хотя с той прожили в браке пять лет, а до этого пять лет встречались.
— Как он узнал?
— Я не в курсе. Может, следил за мной? Помнишь, я говорила тебе утром, что мне кажется, что за мной следят? Вдруг это был он?
— Это невозможно, Оля. Вспомни: я же звонил ему на домашний. Он дома был. После звонка прошло двадцать, пусть двадцать пять минут.
