Встал возле машины, уставился на Воронова, как на дурачка.
— Я тебя правильно понял: муж ее боялся, а не она мужа?
— Так точно, товарищ полковник.
Сказал и поежился. В отличие от Огарева, он противную влагу сразу ощутил на макушке, на лице, на шее. И мгновенно продрог. Он почему-то и по ночам теперь мерз, хотя спал под двумя одеялами. Но холодно было, неуютно.
— Она мастер спорта по каким-то восточным единоборствам. Мужа своего может запросто уложить на лопатки, вот и убегала от соблазна. И в ту ночь, месяц назад, сбежала.
Обычно сидела во дворе, но там все ее любимые места оказались заняты. И она пошла по городу.
— В тапках? — Полковник взялся за ручку дверцы.
— Так точно.
— И следы от домашних тапок были обнаружены рядом с местом убийства?
— Так точно, товарищ полковник.
— А размер ноги?
— Совпадает, товарищ полковник.
— Но она все отрицает?
— Так точно, товарищ полковник!
Огарев не сразу так стал полковником. Начинал лейтенантом после училища. На оперативной работе провел не год и не два. И ход мыслей Воронова вдруг стал ему очевиден.
И сомнения, из-за которых тот не делился с ним целый месяц, тоже вдруг стали понятны.
— Ты считаешь, что она на берегу стала свидетелем жестокого убийства, попыталась вмешаться, и он ее отключил? Тогда получается, портрет, который нам всучили психологи, неверен? И наш убийца физически крепок?
— Я сразу так предполагал, товарищ полковник. Не могли хорошенькие девушки клевать на физическое уродство. Думаю, он крепок и достаточно хорош собой. И как-то он их снимает.
Чем-то заманивает.
— Значит, по-твоему, Богданова вмешалась, он ее отключил, но убивать не стал, — задумчиво повторил полковник.
Швырнул папку на заднее сиденье, влез сам. Поднял глаза на Воронова, послушно мокнущего рядом с машиной.
— Почему он ее не убил, капитан?
— Не знаю, — пожал плечами Воронов. Не сдержался, добавил ядовито: — Я же не психолог!
— Ты не язви, не язви, — с пониманием улыбнулся Огарев. — Ладно, есть над чем подумать. А в Питер тебе зачем, я не понял?
— Я снова говорил с пацанами, которые обнаружили Богданову.
Выяснилась одна интересная деталь, — с азартом начал Воронов.
То, что Огарев не отмахнулся от него, а слово в слово повторил его версию, обнадеживало.
— Какая деталь? — полковник потянул дверцу автомобиля на себя.
Все, время вышло.
— Под левой лопаткой они нашли золотую монету. Или кулон, они точно не могут сказать. Один из них увез эту вещицу в Питер. Его туда родители спровадили, от дурной компании подальше.
