Кэролин сидела на стуле и выглядела расстроенной.
— Кто звонил?
— Дядя Уоррен.
— Надеюсь, ты не назвала его «папочкой»?
Кэролин поднялась со стула.
— Я об этом как-то не думала, — он видел, что она лжет, но не стал ее перебивать. — Он сказал, что разыскивает меня повсюду. Они нашли мою машину и страшно разволновались. Пэтси забрали в больницу. Очевидно, она наглоталась лекарств.
— Могу себе представить, — медленно протянул он. — Передозировка?
— Не знаю. Уоррен сказал, что дети находятся возле нее.
— А где твой дорогой папочка?
— Не называй его так! — Кэролин передернула плечами.
— Полагаю, он находится в Вермонте. Он занимается организацией похорон Салли, старается уладить дела Пэтси в больнице и просто рвет и мечет, что меня нет рядом, чтобы заняться всякого рода мелочами, — она взглянула на Алекса. — Про тебя он не спрашивал.
— Интересно. Это может означать одно из двух — или ему нет до меня дела, или он уже знает правду.
— А как вы с ним планировали поступить после смерти Салли?
Алекс грустно усмехнулся.
— Он собирался щедро оплатить мои услуги, после чего я должен был исчезнуть.
— Сколько?
Он пожал плечами.
— Точно не помню, потому что не собирался брать этих денег. Думаю, не меньше, чем полмиллиона.
— Мне кажется, он боится, что ты будешь его шантажировать. Если, конечно, он не догадался, что ты и есть настоящий Алекс.
— Уоррен не так уж умен. Ты уверена, что он звонил из Вермонта?
— Откуда мне знать? — раздраженно спросила Кэролин.
— Именно об этом я и говорю.
В этой жизни нельзя быть ни в чем уверенным.
— Особенно, когда дело касается этой семьи, — с горечью призналась Кэролин.
— Полноправным и истинным членом которой ты наконец-то стала, — напомнил Алекс.
— Не уверена.
Алекс удивился.
— Что ты имеешь в виду? — недоверчиво спросил он.
Она посмотрела ему в глаза.
— А вот что. Ведь это ты — полноправный и истинный член рода Макдауэллов, не правда ли, Алекс? Даже несмотря на то, что у тебя нет с ними кровной связи. Ты жестокий, красивый эгоистичный лжец, стремящийся получить от жизни все, что тебе хочется, и тебе наплевать на то, что кто-то может при этом пострадать.
Вот в чем я вижу сущность истинного Макдауэлла.
Он не думал, что Кэролин сможет задеть его за живое, но, по-видимому, она в этом преуспела.
— А ты у нас, значит, белая и пушистая?
— Нет. Но я не стремлюсь добиться желаемого, чего бы это ни стоило. И я не лгу.
— Ты не лжешь? Думаю, следует прибавить самообман к списку твоих грехов.
