К нему змеилась очередь, и мне удалось добраться до цели только через полчаса.
– Где тридцать вторая комната?
– В коридоре.
– Но где, я не нашла!
– И чего теперь? – фыркнуло создание непонятного пола, восседавшее по ту сторону барьера. – Прикажете вас за ручку водить?
– Но вы же справочное!
– По уголовным делам, – рявкнуло существо, не слишком чистой рукой убирая со лба «сосульку», – не по комнатам."
"– Где можно узнать о местонахождении помещений? – безнадежно пробормотала я.
– Разуй глаза и ходи по зданию, – посоветовало бесполое создание.
В полном изнеможении я прислонилась к стене. Если тут так реагируют на самую элементарную просьбу, то представляю, что говорят несчастным родственникам подсудимых. И потом, с чего эти малопривлекательные особы решили, что по коридорам суда бродят только члены семей преступников? Насколько я понимаю, есть еще потерпевшие, свидетели… Да и гражданские дела случаются, разводы, например, отчего же здесь такие грубияны?
– Вам тридцать вторую комнату? – тихонько спросила женщина в серой шапочке, сидящая у окошка.
Я кивнула.
– Вот пытаюсь узнать, но тут никто не выдает информацию, словно партизаны на допросах.
– Здесь одни жабы, – вздохнула посетительница, – разговаривают так, словно мы все серийные убийцы, а сами взятки берут, причем открыто. Дураку известно, надо адвокату дать, а он с этими «честными», «неподкупными» и «справедливыми» поделится. Оно, конечно, наши дети виноваты, только какое право имеют такие их осуждать? По самим давно скамья подсудимых плачет.
Знаете, какой здесь во вторник скандал был? Одного из судей за руку поймали. Женщина тут одна, смелая очень, не побоялась и в милицию обратилась. Ей там меченые доллары дали. Вот так-то. Прямо в кабинете взяли! Посветили специальной лампой, а на купюрах надпись горит… взятка! Только зря она все это затеяла.
– Почему? – удивилась я. – По-моему, очень даже правильно.
– Это по-вашему, – тяжело вздохнула женщина, – а по-нашему, караул вышел. Тут люди и так по году в изоляторах суда ждут, маются, а теперь на одного судью меньше стало.
Здесь все хапают, зато мы бы побыстрей осудились – и на зону, а уж оттуда домой попасть легче…
Я в обалдении смотрела на говорливую тетю. Господи, что же творится в нашем судопроизводстве, если народ рассуждает подобным образом!
– А тридцать вторая комната в другом подъезде, – пояснила баба, – со двора зайдите и на третий этаж.
Нужную дверь я открывала с опаской, а ну как сейчас швырнут в меня стулом или еще чем потяжелей.
